Книга Фрейлина. Выбор, страница 104 – Тамара Шатохина

Вполне возможно, что ни к чему эта задумка не приведет, оставшись только фантастическим прожектом… или же действительно — это единственный выход и он откроется.

В любом случае, Константин видел его не так, как Макс, а именно что добровольным и взаимовыгодным сотрудничеством. На сделку заведомо бесчестную, порочащую Семью, он не пошел бы никогда, но проявить некую… изворотливость уже считал возможным.

Если уж кристально честная прямолинейность отца завела того в тупик.

Раз уж пойти войной было нельзя.

Ахтырцев оказался беспомощен перед морской качкой. Тот самый случай — безо всякой надежды на привыкание.

Отличный службист, он капитально разгрузил Константина, являясь и секретарем, и порученцем — адъютантом, если кратко. Собравшим на себя еще множество полномочий, что давало возможность молодому адмиралу вникать не только в дела города, но и флота — его боеготовности, снабжения и вопросов, касаемых личного состава. Неукоснительно исполняя регламент служебных отношений, на службе даже наедине лейтенант обращался к начальству исключительно по званию. Только благодаря Ахтырцеву Константин все успевал, не оставляя на сон только три часа в сутки, как отец. И в Николаев хотел бы с ним — привык уже полагаться, но увы…

Капитально изменилось и отношение остальных моряков к «сухопутному», как пренебрежительно отзывались они об армейских. Достойное поведение и что важнее всего — почти энциклопедическая эрудированность, очень быстро заставили уважать этого человека. И вскоре, увидев стройную фигуру в темно-сером, все понимали одно — идет доверенное лицо Великого князя, да и просто человек, достойный уважения.

Костя иногда ловил себя на том, что пользуется адъютантом еще и как справочником. Как известно, «зона покрытия» эрудиции всегда исходит из интересов конкретного эрудита, но интересы эти, к счастью, почти полностью совпадали с интересами начальства.

На музыкальный вечер они отправились прямо со службы, вместе. В приглашении Нахимов в том числе ставил в известность о том, что «мундир не парадный, бальная обувь необязательна».

— Я еще не бывал у господина контр-адмирала. Как и принято, по прибытию на службу в том числе отослал визитку и ему, но время и дату для визита так и не получил.

— Приглашение на этот вечер укладывается во временны е рамки вежливости — вашим представлением не пренебрегли, — успокоил его Константин, — но дело даже не в этом — насколько я знаю, это первый прием, который дает Нахимов.

— Понимаю… здесь возможны обстоятельства. Танцев не будет — и это мне понятно, — явно нервничал всегда невозмутимый Ахтырцев, — но как же тогда? Уличная обувь и снег…

— Хозяева обязательно предоставят возможность привести обувь в порядок, если в этом случится необходимость. Или же ковры будут сняты, — прозревал Константин…

Всегда уверенный в себе лейтенант не просто не был салонным завсегдатаем… Какой-то опыт выхода в свет обязательно имелся — хотя бы прошлый бал. Но однозначно не было опыта таких вот частных приемов.

Размер дома, снимаемого Нахимовым для семьи и правда не давал возможности устроить танцевальный вечер. И ковры действительно были сняты, оголяя паркет. Тем не менее, гостиная, освобожденная от лишней мебели, уже вместила в себя человек тридцать. В основном это были мужчины, но присутствовали и дамы.