Книга Спасти сердце дракона. Его тайная целительница, страница 7 – Виктория Чара

Она растворилась в толпе, где смешались тысячи запахов — дешёвый парфюм, пот, лошади, жареное мясо, сладости, чужая магия, — и не оставила мне ни единой возможности сразу взять след.

И тут ещё эти девицы, которые визжали моё имя и пытались броситься мне на шею. Пришлось выставить охранный контур, чтобы хоть как-то отгородиться от этого безумия.

Проклятье.

Я её упустил.

И теперь внутри снова воцарилась мёртвая холодная тишина.

Но я всё равно её найду.

Когда я добралась до дома, руку жгло уже нестерпимо.

В нашей тесной избушке, откуда за день выветрился утренний чад, было пусто и привычно пахло сушёными ягодами и травами. Праздник, судя по всему, затянулся, и Агнесса с Селией до сих пор не вернулись из столицы. Хоть дух переведу!

Я закрыла за собой скрипучую дверь, прислонилась к ней спиной и на миг зажмурилась, пытаясь переосмыслить всё случившееся и решить, что же делать дальше.

Но мысли почему-то всё время возвращались к дракону, схватившему меня на площади. Его глаза, его руки и… это мощное ту-дух в груди. Что у него не так с сердцем? Или это у всех драконов так?

Чтобы не думать о драконе и наконец привести мысли в порядок, я принялась мерить шагами комнату и рассуждать.

— Итак, что мы имеем? Какие выходы из непростой жизненной ситуации? — спросила я у самой себя и уперла кулачки в бока.

Соглашаться на предложение некроманта отчаянно не хотелось.

— А имеем мы, — отвечала я сама себе, — например, возможность поехать учиться заграницу, но не имеем на это денег, да и страшновато одной. Есть возможность разыскать бабку со стороны отца — она как раз соответствует всем запросам Академии: знатна и богата. Но это мы уже проходили, и ничего не вышло.

В памяти моментально всплыло: мне тринадцать, мы с мамой стоим на пороге бабушкиного особняка после похорон отца. Слуга вынес нам завёрнутые в тряпицу остатки от ее обеда. А бабка вслед ему кричала: «И передай этому нищему отребью, чтоб больше сюда не приходили!».

Мама тогда ничего не сказала. Просто взяла меня за руку и увела.

До сих пор мороз пробирает по коже, как ее вспоминаю. Уж лучше в ассистентки к некроманту.

— Ну и оставался третий вариант — найти доброго самаритянина, который за просто так согласится мне помочь. Там нужно-то — бумажку написать и словечко за меня перед ректором замолвить! А я, когда выучусь, могу всё его семейство до конца жизни бесплатно лечить. По-моему, очень выгодное предложение с моей стороны! Только где же такого найти?

Предплечье снова обдало волной жара.

Я снова вспомнила недобрым словом дракона. Вот же! Кто же так девушек хватает? Жжение стало таким сильным, что меня пробрала крупная дрожь.

Я наконец швырнула сумку на лавку, торопливо стянула плащ и отогнула рукав рубашки до локтя. Поднесла руку к коптящей масляной лампе.

И оторопела на вдохе.

На внутренней стороне предплечья — там, где сомкнулись пальцы Эйдена Риардена, — жил дракон. Тонкие золотисто-медные линии, переплетённые с глубоким чёрным контуром, складывались в силуэт ящера размером почти с мою ладонь. По краям рисунка пробегали живые огоньки.

Пока я его разглядывала, дракон медленно вскинул голову и выдохнул крошечный язычок пламени — и в тот же миг боль прошила руку до самой кости.

Ноги подкосились. Я тяжело опустилась на край старого сундука.