Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 12 – Мария Вельская

— Нас с братом едва не сожрала нечисть в магическую грозу, — проговорила, отбрасывая ненужные сейчас воспоминания, — тогда Ари был ранен, унести его я не могла, позвать на помощь — тоже. Драться я умела, но не так уж хорошо, да и что этой нечисти мои умения? — Пальцы сжались, я сглотнула и продолжила уже спокойнее. — Я бросилась на них с одной палкой — острым суком…

Маэни молча кивнула, не отводя взгляда.

— Эта палка… — я запнулась. Я и сама до сих пор толком не могла понять, что именно там произошло, — превратилась в металл. Черный, блестящий, с серебристыми прожилками. Стоило ей коснуться нечисти или нежити, как та вспыхивала зелёным пламенем и осыпалась прахом. Потом мы… Немного тренировались. С братом. Против людей это ещё более эффективно, — я вздохнула, прикрывая глаза.

— Он преобразует любую вещь? — Раздался голос Доргата.

Горгул подался вперёд, сияя своими большими нечеловеческими глазами.

— Преобразует? — Я задумчиво одёрнула плащ. — да, вы правы. Так палка… её я потеряла. Но быстро поняла, что, если коснуться любой вещи с особым настроем, желая превратить её в оружие… оно им станет. Но не каждая вещь и не более одной в неделю. Если это кинжал или меч — то одна вещь в месяц. Раны от этого кинжала не зарастают и могут стать смертельными. Меч мне давался с трудом, но кинжалы я метала хорошо. И сражалась ими тоже. Для девушки.

— Сейчас у тебя есть такое оружие с собой? — Что-то неуловимое блеснуло в глазах Доргата.

Похожее на… признание? Уважение? Раньше я была для него небольшой, но досадной помехой, куколкой, которую нужно было охранять. Сейчас всё изменилось.

— Да, — ладонь сама собой скользнула под плащ, на пояс. Туда, где в складках свободных штанов под камзолом пряталась перевязь кинжалов. Их мне принёс Грэй, — два кинжала из особого металла и восемь обычных.

Таскать их на себе было тяжело с непривычки, но я заставляла себя привыкнуть. Каждый день перед завтраком и вечером я делала упражнения, который мне показал Кэс, и заставляла себя бегать по покоям с поясом кинжалов. Я пыталась двигаться так, как будто на мне нет оружия, и носить его незаметно. Это было слишком важно.

— Есть! — Раздался крик.

Мы резко развернулись.

Бледная до зелени женщина отодвинулась от стола, зажимая нос. Капля крови упала ей на рубашку. Над фибулой, которую я когда-то подарила Кэсу, возникло ярко-фиолетовое свечение.

Шаннер Мъярг, не обращая ни на кого внимания, водил брошью по карте города. В этот самый момент украшение вспыхнуло особенно ярко, набухло чернотой — и замерцало.

— Этот человек жив, но времени мало. Он умирает, — пробормотала хозяйка дома. Эзара? Так её назвала Гитти.

Сердце упало. Я прокусила губу до крови, не обращая внимания на боль. Хотелось заорать, срывая голос. Проклясть весь мир. Разорвать невидимых врагов на части. Но вместо этого я бросилась к двери.

— Мы успеем, — раздался за моей спиной ровный голос принца.

На плечо легла жесткая ладонь.

Я обернулась, пряча растрёпанный клубок чувств в самый дальний уголок души. Так надо. Иначе можно сойти с ума.

— Мои слова остаются в силе. О вас позаботятся, — властный кивок хозяевам лачуги, и Шаннер Мъярг, набросив капюшон, вышел за порог.

Улица встретила нас порывами ветра и мелкой моросью. И это месяц, который всегда считался жарким!