Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 192 – Мария Вельская

Я вдруг поняла, что улыбаюсь, зарываясь пальцами в светлые волосы. Раны не болели. Их просто не было.

Меня притянули ближе, увлекая в очередной поцелуй. Только это, наверное, и имело значение. Его губы на моих губах. Его пальцы на моей коже. Его дыхание. Его тихий шёпот. И его сердце, которое билось в унисон с моим.

— Вся для тебя, Аэри. Моя Аэри. Всё для тебя…

И больше ничто не имеет значения.

Потом нам придётся разбираться с последствиями сегодняшнего дня, гибелью Тристана и моим внезапным замужеством. Потом народ всколыхнет новость о возрождении расы крылатых вьердов. Потом мы узнаем о том, как Энрис Сумрачный навел порядок в божественном пантеоне и вернул себе власть, покарав предателей.

И даже о том, что недовольных властью императорской семьи в империи просто не осталось — хотя бы из страха за свои шкуры. Как и то, что все храмы подчинились воле Сумрака, а по земле снова стали ходить священные мантикоры.

Впереди было триумфальное возвращение Доргата в клан, и присоединение горгулов к империи. Замужество моих фрейлин, суд над нашими противниками… Это будущее. Наше будущее. То самое, которое мы вырвали у судьбы.

А пока мы были счастливы. Безумно. Бесконечно. Невероятно. Потому что мы победили. И нашей самой главной победой стало то, что мы обрели друг друга.

— Не пытайся оторвать мне крыло, Небо моё, я всё равно не выпущу тебя из объятий.

— И как долго они будут длиться? Мне кажется, здесь не самое лучшее, ум…

Поцелуи прекрасно умеют затыкать рот. Особенно, если целуешь с любовью.

— Всегда, сердце моё. Всегда.

Постскриптум

С недовольным героическим мрявом мантикор выкатился клубком прямо под ноги слишком прыткому знакомому своих «рабов», сбивая с ног смеющегося Сартау. Потом его, конечно, оттаскают за хвост и наверняка лишат вкусностей, но сейчас! О, сейчас он напомнит своим рабам, почему не стоит оставлять без внимания великого властителя их дум и главного героя этой истории.

Ведь если бы не он и его героические усилия — где бы они все были, а? Рр-рау!

И не смейте таскать меня за уши-иии! Стой! Стой, кому говорю, несчастный, это святое!

Полгода спустя

— Ваше императорское Высочество, извольте перестать прятаться от вашего мужа! Участвовать в приёме посольства с юга всё равно придется! — Раздался бодрый голос Кэса. — Они хотят полюбоваться на первую спустя почти двадцать веков жрицу Сумрачного! Аэри, имей совесть!

Братец подозрительно затих, но я не обольщалась — знала, что Кэс ни за что не отступит.

— Аэр-ри! — Возмутился братец откуда-то издалека.

Я подмигнула притихшему Корри и осторожно высунулась из-за дивана, чтобы оказаться мгновенно сцапанной за шкирку.

За последние полгода Кэс возмужал, заматерел, раздался в плечах и стал напоминать нашего старшего, Ариана. А ещё кое-кто, разумеется, не признается, но у меня есть глаза и уши. Так что я никак не могла пропустить тот факт, что наш Кэс стал ухаживать за моей старшей фрейлиной Элларой Стаэлли.

Более того, он собирался сделать ей предложение!

Кажется, в тот день, когда я об этом узнала, то залила слезами благодарности алтарь Энриса так, что возмущенное божество явилось выяснять — в честь чего его жрица устроила такой слезоразлив?

Кэс. Я помнила, каким сломленным он был после предательства женщины, которую полюбил, пусть и под влиянием чар. Я не могла даже надеяться на то, что он так быстро придет в себя. Но Эли растормошила бы и мёртвого.