Книга Развод с драконом. Хозяйка заброшенной оранжереи, страница 74 – Алена Снежина

— И не проси. Не смей даже думать об этом. Магия жизни не для такого. Не для смерти, не для прерывания пути. Она для созидания, для роста, даже если этот рост сейчас кажется тебе цепью.

— Но я не могу вернуться к нему! — вырвалось у меня.

— Послушай себя, — сказала Ильма уже мягче. — Я же учила тебя. Не бежать от страха, а идти в самую его сердцевину. Послушай землю. Найди тишину внутри этой бури. Там всегда есть ответы. Просто ты их заглушаешь своими мыслями и страхами.

Она протянула мне руку.

— Закрой глаза, детка. Не пытайся ни о чём просить. Просто слушай.

Я не хотела. Я боялась того, что могу увидеть в этой тишине. Но другого выхода не было. Я сделала глубокий вдох, поставила кружку и закрыла глаза.

Сначала была только тьма и шум крови в ушах. Потом я попыталась вспомнить то ощущение покоя, которое находила в оранжерее. Представить себя корнем, уходящим глубоко в тёплую, тёмную землю.

И вдруг тьма перед глазами сдвинулась, будто кто отодвинул завесу.

Я увидела землю. Она была выжженной дочерна, покрытой трещинами и пеплом. Ни травинки, ни признака жизни. Небо над ней было цвета запёкшейся крови и густого дыма. И на этом мёртвом фоне, словно призрак, стоял дракон. Белый. Ослепительно-белый, как лёд и лунный свет, отливавший синевой на идеальной чешуе. И на его спине, в седле из того же, казалось, ледяного металла, сидел мужчина. Серебристые, почти белые волосы развевались на мертвенном ветру. В руках он держал меч. Он не двигался. Он просто смотрел вперёд, через выжженные пустоши, и от его взгляда, от всей этой застывшей, ледяной мощи веяло такой нечеловеческой, абсолютной пустотой и решимостью, что…

Меня бросило в дрожь. Ледяная волна прокатилась от макушки до пят, заставив сердце бешено заколотиться. Я резко распахнула глаза, задыхаясь, будто вынырнув из ледяной воды.

— Что… что это было? — прошептала я, обхватив себя руками, чтобы остановить дрожь.

Ильма смотрела на меня не мигая.

— Никто не знает, детка. Видения силы – они из глубин твоей собственной души, смешанные с эхом мира. Ты сама должна разобраться, что ты увидела.

— Я видела… выжженную землю, — выдавила я, язык прилипал к нёбу. — И белого дракона. И мужчину на нём… с серебристыми волосами и мечом. Он был… он был как смерть. Холодная, тихая смерть.

Ильма замерла. Потом медленно, очень медленно опустила взгляд в потухший очаг и что-то тихо, на непонятном мне наречии, пробормотала.

— Белый дракон, — произнесла она наконец. — Ледяное дыхание и серебряная чешуя. Их не видели в этих землях со времён Великого Раскола. Говорят, они служат только одной силе… самой древней и самой безжалостной. Если ты видишь его… это не предсказание, дитя. Это предупреждение. Или призыв.

Она встала и подошла к окну, глядя в темнеющий лес.

— Твоя сила, твой ребёнок, твой развод… всё это мелкие песчинки перед тем, что, возможно, надвигается на нас.

Я сидела, обхватив себя руками, пытаясь прогнать ледяное послевкусие того видения.

— Твой ребёнок несёт в себе две силы, — продолжала старуха, не отрывая взгляда от леса. — Силу твоего дара и силу крови драконьего всадника. Такого сочетания не было веками. Это делает его… уникальным. Его нужно будет скрыть. От всех. И особенно — от тех, кто захочет его использовать как оружие.