Книга Пробуждение Дракона, страница 76 – Арина Рекк

Я не прощаюсь. Зажмуриваюсь и кричу, что есть силы мысленно и вслух одновременно.

— Макс! — и уже очень тихо сквозь слезы, вкладывая в призыв все свое отчаяние. — Кто-нибудь. Мне правда очень нужно.

— Как тебя зовут? — спрашивает Аарон.

— Мина, — шепчу еле слышно.

— Мы можем попробовать дойти до моей лодки, но… — осторожно говорит Аарон.

— Продолжай, — перебиваю упрямо, но по щекам без остановки стекают соленные дорожки. — Просто делай, что можешь.

— Мина…

— Просто продолжай, — цежу сквозь стиснутые зубы и снова вдыхаю порцию кислорода в легкие Кайда. Прижимаюсь губами и застываю, чувствуя, как плечи сотрясают беззвучные рыдания. Я понятия не имею, как долго массаж сердца и искусственное дыхание могут поддерживать жизнь. И стараюсь не думать о том, что, возможно, уже слишком поздно.

— Мина… — снова слышу мягкое Аарона.

— Продолжай. — Снова вдыхаю порцию кислорода. — Просто делай. Хватит болтать!

На остров опускается тишина, в которой я слышу только ровный стук сердца Кайда.

— Мина? — знакомый голос вновь прогоняет сонливость, и я вскидываю заплаканное лицо, боясь, что мне померещилось.

— Макс! — Я не могу подобрать слова, чтобы объяснить все и сразу и повторяю, — Макс…

— Я тут, все хорошо. Ты кто? — это уже Аарону.

— Мимо проходил, — пожимает плечами, но ладонь на груди Кайда лежит твердо.

Макс хмыкает и присаживается на корточки рядом с нами.

— У него на спине рана, очень большая, — стараюсь, чтобы голос не дрожал, но он все равно ломается.

Макс аккуратно переворачивает Кайда на бок и медленно ведет рукой по спине, размазывая кровь и грязь. На моих глазах рана затягивается, словно выдавливая из себя весь мусор, что успел налипнуть и проникнуть внутрь, и тело Кайда наращивает новые ткани так легко, что я боюсь, что все-таки уснула и мне все снится. Когда под ладонью Макса остается только гладкая кожа, Кайд с хрипом втягивает воздух и этого достаточно, чтобы отправить мою отчаявшуюся душу в рай на земле.

Чтобы убедиться окончательно, прижимаю ладони к его груди и с облегчением слышу сильное и ровное сердцебиение. Наклоняюсь, практически падаю вперед и упираюсь лбом в горячее плечо, чувствуя как его грудь мерно вздымается и опускается. Как в глубоком сне. Плевать. Главное, что он жив и не собирается умирать. На глаза вновь выступают слезы, на этот раз облегчения, и я зажмуриваюсь, стараясь прогнать их.

— Жить будет, — говорит Макс, но его безрадостный тон портит впечатление от слов. Слышу невысказанное «но» и боюсь услышать продолжение. Так и сижу, вдыхая любимый запах и вслушиваясь в размеренное дыхание. — Если очнется. Первый раз вижу такое. В его эфирное тело вплетена какая-то отрава и она распространялась по внутренней связи, но дело не в ране. На спине ожог, глубокий конечно, но просто ожег. Тут дело в чем-то другом.

По кусочкам собираю себя в одно целое и с трудом отлепляюсь от Кайда.

— Алхимик высыпал на него какой-то порошок… — поясняю и обеспокоено смотрю на Макса. — Тебе нельзя тут задерживаться.

Макс качает головой и поясняет:

— Я предполагал нечто подобное и вернулся на остров только когда удалось разорвать свою с Кайдом связь. А вот ты была достаточно близко к нему. Если бы инициация завершилась, уснула бы следом.

— Но почему я не хочу больше спать?