Книга Сердце истинного вампира, страница 153 – Северина Мар

С грохотом распахнулись двери, и, стуча каблуками домашних туфель, в столовую вбежала Виолетта. Ее лицо раскраснелось, пышная грудь тяжело вздымалась.

— Панде Катаржина, что происходит? – выкрикнула она, едва не перейдя на визг. – Эти люди… громят дом! Вытащили все вещи из ящиков, даже полотенца и постельное белье! Как я потом должна все это убирать?

— Уберете, не развалитесь, – огрызнулась Катаржина. – Сядьте пока за стол.

— Что? – Виолетта так удивилась ее приглашению, что злиться перестала.

При отце она всегда ела вместе с остальными, но когда его не было, Катаржина не позволяла ей подобного.

— Сядьте, – повторила Катаржина, чуть рыкнув.

Побледневшая домоправительница опустилась рядом с Агнешкой. Та сжалась еще сильнее, хотя присутствие матери, наоборот, должно было ее приободрить.

Дверь снова с грохотом растворилась, на этот раз в столовую вошел Игнат. Катаржина вновь поразилась тому, как он исхудал.

— Катаржина, что ты устроила? – рыкнул он, опираясь о стол.

— Сядь, я все объясню.

Игнат мгновение стоял, глядя на нее сверху вниз, – она спокойно выдержала его взгляд, хотя очередной раз ей показалось, что он в любой момент может на нее кинуться.

— Как скажешь. Надеюсь, твои доводы окажутся убедительными, иначе… – он обвел широким жестом столовую, – это все тебе дорого встанет.

Неожиданно быстро успокоившись, он сел за стол возле нее.

Дождь усилился. Оконные стекла дрожали под порывами ветра и косыми ударами воды. Блеснула молния. Спустя мгновение прокатились раскаты грома.

— В первый раз такое, – тихо сказала Агнешка. – Первая гроза в этом году.

— Замолчи, – шикнула на нее Виолетта.

Судя по плотно сжатым губам и резкому запаху пота, она нервничала и была напугана.

— Что вы вечно ее затыкаете, панде Виолетта? – поинтересовалась Катаржина и, проигнорировав злобный взгляд домоправительницы, продолжила: – Скоро подадут ужин? Я такая голодная, что медведя бы съела.

— Пандер Витольд обещал спуститься вниз, – неожиданно спокойно ответила Виолетта. – Надо его подождать.

Не успела Катаржина удивиться, как двери вновь отворились, на этот раз плавно и осторожно. В столовую на кресле-каталке въехал отец. Точнее, его вкатила медсестра. На отдельном столике на колесиках, который вез сопровождавший их пандер Людмил, стояли приборы, от которых тянулись трубки к телу отца.

Колеса кресла надсадно скрипели. На железном столике гудели аппараты, гоняя поршнями жидкости в колбах. От отца пахло гноем, сукровицей и кое-чем похуже. Медсестра поставила его кресло во главе стола, а сама отошла в сторону. Пандер Людмил опустился за стол рядом с Виолеттой, не забыв через скатерть послать ласковый взгляд Катаржине.

Служанки подали исходившие паром блюда с запеченной говядиной, ароматным окунем в сливках, тушеными овощами и салатами.

Обед начался. Все молча приступили к еде.

— Раз все собрались вместе, то я хотела рассказать, что со мной случилось за последние месяцы, – начала Катаржина, намазывая масло на кусок хлеба.

Некоторые детали в своем рассказе Катаржина опустила. Например, она не стала упоминать о пребывании в деревне и в доме колдуна. Подставлять Дрозда и Тамару ей не хотелось. Если все сложится неблагоприятным образом, то они могут пострадать из-за того, что помогали ей.