Книга Огонь, пепел и ветер, страница 107 – Северина Мар

— Я думаю, что он совсем не такой, каким мы привыкли его видеть. Он совсем не безумный и не жестокий, просто… видел очень много зла от людей. Но, я должна еще кое-что вам сказать, — Агата подняла глаза и поймав взгляд Кира Аверина продолжила. — Знаете, мне кажется, что сегодня проснулся Дро…

Лили отправилась в путь еще до того, как первые лучи солнца коснулись поцелованной росой травы и прокричали первые фераты. Ей пришлось уйти тайком, оставив родителям лишь записку, чтобы они не волновались.

С того дня, как она вернулась с Отбора, каждый день начинался и заканчивался скандалом. Родители никак не могли примириться с тем, что у их дочери вдруг появилось свое мнение и вместо того, чтобы выйти замуж за того, на кого они ей укажут, как хотел отец, или же остаться жить при них и ухаживать за ними в старости, а затем стать приживалкой в доме у одной из сестер, как планировала матушка, Лили решила, что пойдет учиться в Колдовскую Академию, чтобы развить свой дар и стать полноценной целительницей.

С утра до ночи она выслушивала ругань и упреки матушки, плавно переходившие в обвинения и шантаж.

— И все у тебя было, мы же дали тебе все, а ты не благодарная! — причитала матушка. — Хочешь бросить нас на пороге смерти! Вот, у меня уже болит сердце, ты этого добиваешься? Вот, не надо было отпускать ее на Отбор. А все ты! — она поворачивалась к отцу, пристыжено опускавшему глаза. — Сказал, что пусть она попробует, ведь все соседские девушки подают заявку на Отбор, будет стыдно перед людьми, если наша не попробует.

— Магнолия, ну кто же знал, что ее возьмут на Отбор? — причитая, отвечал отец. — Кто же знал?

Еще полгода назад Лили и подумать не могла, что сможет противиться воле родителей. Раньше крики и слезы матушки, и суровое выражение на лице отца, пугали ее до дрожи и она сразу во всем с ними соглашалась. Однако, то, что она пережила на Отборе сильно ее изменило. Она вдруг поняла, что жизнь у нее одна, она коротка и может оборваться в любое мгновение. Так что лучше будет прожить ее так, как захочет она сама.

К тому же, Лили много приходилось исцелять во время Отбора, и это были очень сложные и непростые раны. Раньше, она бы никогда не взялась за подобные, но тогда у нее не было выбора, и, как ни странно, она справилась.

Сумела залечить изрезанные ноги Исоры, так что та потом смогла танцевать, исцелила травмы Агаты и Лидии, а потом не дала Мире умереть прямо у нее на руках. Целительница, которая прибыла потом вместе с генералом Аверином, похвалила работу Лили и сказала, что та очень талантлива и должна обязательно развивать свой дар. Она даже написала ей рекомендательное письмо, которое затем очень пригодилось.

Повлиял на нее и Коинт. Хотя фераты приходили от него все реже и реже, Лили все равно помнила восхищение в его глазах и то, как он называл ее самой потрясающей и прекрасной девушкой. Отчего-то их отношения придавали ей сил в противостоянии родителям. Возможно, это было оттого, что он показал — любить ее могут не только они.

Обиднее всего было то, что она, в общем-то, не делала ничего предосудительного. Просто хотела поступить в Академию и стать целительницей. Ее старшая сестра, когда-то проделала то же самое, только с разрешения родителей. Матушка отчего-то считала, что лучше знает своих детей, чем они сами. С рождения она навешивала на них ярлыки, решая, что первая дочь умна и талантлива, и должна получить образование, вторая красива и обязана успешно выйти замуж и так далее. Лили она считала послушной и уступчивой и поэтому определила ее в свои сиделки в старости. То, что она решила противиться этой судьбе и выбрать другой путь, злило матушку до истерик.