Книга Огонь, пепел и ветер, страница 175 – Северина Мар

Агате ни разу еще не доводилось бывать в других землях, тем более в столь отличных от Визерийской Империи, как королевство Андалур и ее поразило то, насколько люди могут жить иначе.

У андалурцев не было колдовства, а те крохи, что все еще теплились, они истребляли с упорством дятла, долбящего сук, на котором он сидит. Зато их изобретательности в части самых разных механизмов можно было только позавидовать.

Агату поразили и самоходные повозки, и коробочки, которые после яркой вспышки, похожей на удар молнии, каким-то образом создавали маленькие картины, изображавшие то, на что было обращено их стеклянное круглое оконце.

Женщины носили причудливые платья с пышными юбками, а талии затягивали в высокие тугие пояса — корсеты. Агата ради интереса примерила один такой, и поняла, что визерийская мода ей гораздо ближе.

В сопровождении Небесной стражи дракон-император облетел все земли королевства, уничтожая своим огненным дыханием военные форты, крепости, флотилии кораблей и дирижаблей. Однако, города он не сжигал и щадил мирных жителей. Агата гордилась его милосердием.

К его встрече с Невлином Третьим, оказавшимся просто испуганным мальчишкой, все уже было кончено. Начались утомительные обсуждения мира и условий с наскоро переизбранным Парламентом.

Когда все окончательно закончилось, и они вернулись в Альтору летний зной сменился прохладным дыханием осени. Полгорода было разрушено и, потерявшие дома, жители ютились в лагерях, возведенных из шатров. Кому-то повезло больше и они обрели приют в стенах святилищ или в уцелевших домах знати.

За столетия существования, Альтору топило, сжигало и рушило катаклизмами десятки раз. Наступил очередной цикл перерождения, и город быстро отстраивался, воздвигались новые дома и прокладывались широкие проспекты.

Во всей суматохе, едва ли не позабыли и про Отбор и про оставшихся невест, и все же это дело следовало решить, как и все и прочие.

Морозным и ясным утром дракон-император пригласил Агату, Елену и Магду, выздоровевшую после ранения, на аудиенцию в ротонду, стоявшую возле, заросшего лилиями, пруда.

После скромной походной жизни, и практичных одежд служительницы, Агате было непривычно надевать платье из алого шелка, украшать запястья, шею и пальцы золотыми драгоценностями, а волосы собирать в изысканную прическу.

Накинув на плечи подбитый мехом алый плащ, она шла по дворцовому саду. Все кругом отмирало, готовясь к зиме. Цвели последние, поздние розы.

Рядом шли Елена и Магда — обе так же роскошно одетые, как и она сама. Если для Елены образ принцессы был привычен, то Магда больше напоминала другого человека, чем саму себя в начале лета, когда она только пришла на Отбор, будучи простой деревенской девчонкой. Агате было интересно изменилась ли она сама также сильно?

Вдоль садовой тропы через каждые десять шагов стояли служители, похожие в своих одеяниях на застывшие мраморные статуи.

Девушки подошли к ротонде, стоявшей на берегу темного, заросшего кувшинками и лилиями пруда. Дракон-император ждал их внутри, сидя на каменном парапете, и глядя вниз на черную глянцевую воду, и на крошечных лягушек, плескавшихся между увядших соцветий. Он больше не порывался их ловить, и вместо этого вертел в тонких пальцах кольцо.