Книга Невесты дракона-императора, страница 9 – Северина Мар

— Ой, ну все-то ты меня расхваливаешь, светлячок! — притворно смутилась Исора, погладив ее по руке.

Магда тоже не подняла руку. Она была из крестьянской семьи и ей негде было научиться модным танцам.

Утро прошло в приятной суете. В гарем пришли служительницы-швеи, чтобы снять мерки и обсудить фасоны. Девушкам позволили самим придумать, какой для них сшить наряд.

— Дорогие мои, помните, что этот бал позволит не только привлечь внимание дракона-императора, но и завести полезные знакомства среди вельмож, — говорила графиня Дэву, расхаживая по Павильону алых цветов. — Императрицей сможет стать лишь одна, остальным же придется устраивать свою жизнь за пределами Дворцового острова, и знакомства, заведенные на этом балу станут прекрасным фундаментом для вашего будущего.

Алый был цветом невест, и потому все девушки на балу должны были быть одеты в багряно-алый шелк. Выделиться можно было только за счет фасона, и потому, каждая пыталась придумать, что-то особенное.

Агата попросила швею, сделать для нее платье с открытыми плечами и пышными рукавами-буфами. Мачеха позволяла ей надевать на балы и приемы только скромные девичьи платья, не открывавшие взору ничего дальше ключиц. Это была ее первая возможность надеть взрослое платье, какое носили красивые и соблазнительные женщины, которыми она любовалась на балах.

Конечно, платье, которое она надевала на Испытание железного кольца, также оказалось весьма откровенным из-за выреза на спине, но тогда ее мало, кто мог увидеть, да и само платье было сплошным недоразумением. Теперь же на нее будут смотреть все.

После примерок и быстрой трапезы, девушки вернулись в Павильон алых цветов. Сперва, графиня Дэву прочла им короткую, но насыщенную лекцию об этикете. Усилиями мачехи и наставников, Агата и так знала все, что следовало знать, как и Лидия. Что же касается Магды, Исоры и Лили, которые в отличие от них, не принадлежали к высшему обществу, то те ловили каждое слово графини.

Они были ужасно напуганы, но в то же время взбудоражены и сгорали от предвкушения первого бала. Агата жалела, что не могла испытать тех же чувств, во первых, потому что она дебютировала несколько лет назад и уже бывала на балах, и во вторых, потому что ее отношение к дракону-императору изменилось, а с ним перевернулись и ее взгляды на мир.

Находясь в обществе подруг, она смеялась и беседовала с ними, как и всегда, но оставшись одна, чувствовала, как ее сжирают тревога и тоска.

Фрол Зерион явно дал ей понять, что она не должна показывать своих чувств, в первую очередь дракону-императору, но также и всем остальным. Она должна делать вид, что все как прежде, и что она влюблена в Андроника Великого, как и тысячи других юных девиц, и не видит, за его прекрасным лицом чешуи и раздвоенного языка. Агата и сама прекрасно понимала, что ей следует молчать о своем прозрение.

Лежа бессонной ночью в постели, она думала о том, сколько в Империи таких же людей, как она? Которые осознают правду, но живут с ней. Скорее всего почти все, кто был старше сорока и, кто своими глазами видел неистовство разделяли ее чувства. Неудивительно, что однажды начался мятеж. Странно только то, что его подавили сами же люди, а не дракон-император.

Порой, душившие ее страх и ужас, становились так сильны, что она вскакивала с постели и принималась метаться по комнате. Ей хотелось бросить все: родных, близких, мечты о фернальей ферме и бежать прочь из Визерийской Империи, хоть на Вольные острова, хоть на сам Андалур. Упав на кровать, и уткнувшись лицом в подушку, она представляла, как они с Исорой покидают Отбор и отправляются вместе путешествовать. В мечтах к ним также присоединялись Магда с Лили и даже Лидия.