Книга Отбор пяти колец, страница 149 – Северина Мар

— Перед первым испытанием платье Елены тоже было порвано, как и платья нескольких ее подруг, — задумчиво проговорила Лили.

— Но их сразу же починила Виола, она ведь железная колдунья. Так что Елена отделалась легче всех, — заметила Исора. — Она могла прийти в павильон, выйти из себя, призвать теней и позабыть обо всем на свете, уничтожая не только чужие платья, но и свое собственное. Кто знает, что вообще творится в голове у таких, как она?

— Или же мы ошиблись, и все три события или два из трех, дело рук разных людей, — ответила Лили.

— Не пойму, как Елена умудрилась подкинуть осколки в туфли? Разве бы служители этого не заметили? — пробормотала Магда.

— Должно быть это сделали ее тени, — отмахнулась Исора. — Вы заметили, какими быстрыми они могут быть? Впрочем, неважно. Нам надо поговорить с Еленой и обо всем ее расспросить.

Исора завозилась в подушках, пытаясь встать. Ее все принялись уговаривать остаться в комнате и не тревожить раны на ступнях, но та была непреклонна. Она во что бы то ни стало хотела лично поговорить с Еленой.

Во время выступления Исоры, графиня Дэву заметила, что с той, что-то не так, и сразу после окончания танца, зашла ее проведать. Увидев израненные, кровоточащие ступни, она ужаснулась и сразу же послала за целителями.

Исора боялась, что ее выгонят с отбора, но все обошлось. Пришедшая к ним пожилая служительница, обработала ее раны, намазала целебной мазью, и сказала, что через пару дней у нее все заживет.

Они все же не сумели переубедить Исору и та, опираясь на плечи Агаты и Лили, поковыляла вместе со всеми по коридору искать Елену.

Они нашли Елену в одном из общих залов. Она сидела в высоком кресле, напоминавшем трон. За ее спиной горел в камине огонь, бросавший алые отблески на ее заплетенные в тугие косы волосы. Вокруг расположились ее подруги.

За стенами дворца все еще бушевала буря. Витражные стекла содрогались от ударов ветра и дождя. Иногда где-то вдали гремел гром, раскатываясь глухими ударами по небу, но здесь, в просторном зале, чьи своды поддерживали мраморные колонны, а в разожженных каминах трещал огонь, было тепло и уютно.

Девушки сидели на низких диванчиках и пуфах, пили терпкие напитки из глиняных кувшинов, если сыр и виноград. Елена, как и несколько ее подруг, читала. Виола, сидевшая у ее ног на пуфе, вышивала, ловко орудуя маленькой иглой, а Клавдия, которая после недавней неприятности с волосами, прикрывала волосы шелковым платком, играла на лютне и тихо напевала.

Исора решительно прохромала вперед, утягивая за собой Лили и Агату и встала, роняя на Елену тень.

Та нахмурилась и тяжело вздохнула. Отложила в сторону книгу, аккуратно заложив шелковой лентой нужное место, и только потом, откинувшись на спинку кресла, посмотрела на них, подняв бровь.

— Чем обязана? — холодно спросила она.

Лили хотела, что-то сказать, но ее перебила Исора.

— Это ты подсыпала осколки в мои туфли? — спросила она.

— Что? Какие еще осколки?

Елена нахмурилась. Она не выглядела ни испуганной, ни уличенной, и глядела на них скучающе и надменно.

— Кто-то подсыпал Исоре в туфли фафоровые осколки, и она порезала ноги и едва могла танцевать, — сказала Виола, не отрываясь от вышивки.

— А, вот оно что, — протянула Елена. — Но при чем тут я?