Книга Отбор пяти колец, страница 42 – Северина Мар

— Получается, если Лидия победит, то вы подарите мне землю, дом и достаточно монет, чтобы начать разводить ферналей?

У Агаты в уме не укладывалось то, что предлагала ей княгиня. Ее прекрасную розово-золотую мечту о том, чтобы стать супругой Андроника Великого втоптали в грязь, безжалостно раздавив каблуками, но в то же время ей предложили мечту новую, куда более настоящую, живую, и крайне привлекательную.

На мгновение Агата представила себе, как она едет ферхом на Фифи. На зеленых пастбищах бегают и резвятся фернали, охотясь на полевок и крыс. Ей кланяются птичники, все смотрят на нее с уважением и ждут, что она им прикажет. Мачеха не имеет больше над ней власти, а отец ее уважает и относится, как к равной.

— Да, именно это я тебе и предлагаю, — прервала ее мечтания княгиня Дуаре. — Так что, ты согласна?

Агата глубоко вздохнула решаясь. Выбор был непростым, но иначе она поступить не могла. Выпрямив спину, она взглянула в лицо княгини и твердо сказала:

— Ваша светлость, вы же не думаете, что я поверю вам на слово? Мы должны закрепить все договоренности, как подобает.

Агата договорилась с птичниками, приглядывавшими за пассажирскими ферналями в трюмах, что те позволят ей сойти на берег первой, как только установят трап.

Выведя Фифи под уздцы на пристань, она как могла скорее пробралась сквозь толпу и юркнула на самую первую попавшуюся ей на пути улицу. Она не знала, куда идет, но хотела, как можно скорее убраться подальше и от «Лазурного руха» и от княгини Дуаре, и от Миры.

О последней Агата думала со смесью горечи, страха и смущения. Теперь, спустя какое-то время, их перепалка в каюте казалась ей смешной. И чего она так перепугалась?

Тем более, что и сама она ничего такого-то и не сделала, чтобы Мире на нее злиться. Ну подумаешь, сунула нос в ее мешок, и подглядела, какое у той на Отборе будет платье. О взволновавших ее кольцах, Агата и думать забыла. Подумаешь, кольца. Почему это у княжеской дочки не могло быть колец? Может быть они были ее приданным.

И все же, Мира повела тогда себя очень странно и неожиданно зло. Вспомнить только, как она смеялась. Не могла Агата и забыть о том, как еще в Зеране она практически без повода вывернула руку слуге лавочника.

Все-таки хорошо, что больше они не вместе. Лучше было держаться от Миры подальше. Агате еще повезло, что за то время, что они делили каюту ничего плохого не произошло. Теперь ей и вовсе казалось, что с княжной было, что-то не так, что она была поломанной и испорченной. Видимо, пережитый бунт, потеря дома и гибель семьи неотвратимо изменили ее.

Агате было даже жаль Миру, но и помочь ей она ничем не могла.

Подписанный княгиней Дуаре документ, где были перечислены все их договоренности, она скрутила, и убрала в лиф. Теперь он приятно грел грудь.

Хотя Агата и училась дома, учителя у нее были отличные. В то время, как мачеха требовала от Вероники усердия в музыке и искусстве, танцах и этикете отец наставлял Агату совершенствоваться в математике, грамоте и языках. С самого ее детства у них завелось, что принимая решение в делах, отец подробно и досконально объяснял его Агате, показывал ей даже заключенные контракты и разъяснял на какие тонкости следует обратить внимание.

Сперва это было потому, что они были только вдвоем. Затем ей казалось, что так отец заменяет отсутствие у него сына — наследника. Даже, когда родился Титус, ничего не изменилось.