Книга Отбор пяти колец, страница 49 – Северина Мар

Она на прощание погладила Фифи по клюву и сказала, чтобы та была хорошей девочкой, и смиренно ждала, пока она не вернется за ней, чтобы препроводить ее в птичник во дворце. Фифи в ответ заскрежетала и потерлась клювом об ее ладонь.

Агата хотела было пройти внутрь святилища, но и тут все было не так просто. Ей снова пришлось выстоять длиннющую очередь, собравшуюся из взволнованно перешептывающихся девиц.

Очередь двигалась медленно, а солнце поднималось все выше и вскоре его безжалостные лучи вовсю опаляли нежную девичью кожу и головки, украшенные самыми немыслимыми прическами. В отличие от ферналей, собравшимся девушкам не давали ни воды, ни даже свежих крыс.

Вскоре у Агаты стали дрожать ноги, а на висках выступил пот. Она еще неплохо держалась. Девушка, стоявшая перед ней, пошатнулась и рухнула в обморок.

— Ох, семь сестер помоги! — охнула Агата, присаживаясь возле нее на корточки.

Стоящая спереди девушка с собранными в высокий хвост каштановыми волосами, сделала то же самое.

— Вот же бедняжка, — сказала она.

Достав из висевшей на поясе крошечной сумочки маленький бутылек, она открыла его и поднесла к носу, лишившейся сознания девушки.

— Что это? — спросила Агата.

— Ничего особенного. Всего лишь соли. Вот увидишь, они мигом вернут ее к жизни.

И правда, спустя пару вздохов, девушка, возле которой они хлопотали, распахнула глаза, тяжело задышав.

— С вами все в порядке? — спросила Агата и та слабо кивнула в ответ.

Она хотела помочь ей встать, но ее опередили двое служителей. Подбежав к ним, они подхватили девушку под руки, подняли на ноги и повели прочь. Шли они почему-то не внутрь святилища, а обратно к воротам.

— Кажется, на одну соперницу у нас стало меньше, — сказала девушка, убирая флакон с солями обратно в сумочку.

— О чем вы? — спросила Агата.

— А ты еще не поняла? Они не помогают тем, кому здесь становится плохо от жажды или жары, а просто выгоняют их и вычеркивают их имена из списка.

— Но как такое может быть?

— Очень просто. Будущая императрица должна быть здоровой и выносливой, иначе, где ей найти сил, чтобы ублажать дракона-императора?

— Ублажать?

— Ну да, а что с ним еще делать? — рассмеялась ее новая знакомая. — Кстати, меня зовут Исора.

Они немного поболтали.

Исора рассказала, что ее отец был художником и рисовал портреты знатных и богатых господ, а мать в юности была танцовщицей. Их семья жила на Вольных островах, но Исора вернулась в Империю, чтобы пройти обучение при обители сестры созидательницы, покровительствующей искусствам. В пути ее застала новость об Отборе невест и она тут же изменила планы и направилась в столицу.

В отличие от многих других девушек, собравшихся во внутреннем дворе святилища, Исору нельзя было назвать миловидной или хорошенькой. Нет, тут бы подошли иные эпитеты.

Она была страстной, соблазнительной и манящей. Черты ее лица казались резкими и острыми, как нож. На тонком носу была горбинка, рот казался через чур уж большим, а глаза по-тигриному вытянутыми к вискам.

Одежды являли миру все достоинства ее фигуры и не оставляли ничего на усмотрение воображению. Грудь была поднята корсажем так высоко, что казалось на нее можно было поставить чашу. Вместо юбки на ней были шаровары с прорезями по бокам, в которых мелькали загорелые крепкие бедра.