Книга Безупречный, страница 90 – Элси Сильвер

И та связь на одну ночь, которая у меня была, оказалась… просто ужасной.

Я не знаю, какого черта из-за этого остаюсь с Реттом. Я не знаю, чего я от него хочу. Но я знаю, что не хочу ложиться спать.

Во всяком случае, одна.

Мускул на его шее вздрагивает, и он скрещивает руки на груди, так что рубашка обтягивает его бицепсы.

— Я бы начал с этих чертовски красивых губ.

Мои ресницы трепещут, и стон застревает у меня в горле, пока я пытаюсь сообразить, как мне следует отреагировать на это.

Я решаю брать быка за рога. Сделав шаг вперед, я протягиваю руку, срываю с его головы коричневую ковбойскую шляпу и надеваю ее на себя. Запах кожи и лакрицы окутывает меня, и я вздыхаю.

Я бы хотела разлить его по бутылкам, если бы могла. Сладкий, землистый и такой чертовски мужественный аромат.

Он рычит, когда я отхожу и прижимаюсь спиной к плоской стене между нашими комнатами, позволяя легкой ухмылке заиграть на моих губах. Наслаждаясь тем, как горят его глаза, когда я это делаю.

Пара шагов — и он возвышается надо мной. Я поднимаю голову, чтобы насладиться его возбуждающей красотой.

— Знаешь, от чего я устал, Саммер? — Его рука касается моего горла, порхая по коже так нежно, что я выгибаюсь навстречу ему, чтобы усилить давление.

— От чего? — спрашиваю я.

— Заставлять тебя думать, что я трахаю все, что движется, когда я ни на что и ни на кого не смотрел с первого дня, как увидел тебя. Я вошел в этот богом забытый зал заседаний, и ты практически потребовала, чтобы я стал одержим тобой.

Я хватаю ртом воздух, лишившись дара речи.

Подушечки его пальцев гладят мою шею с такой нежностью. Я моргаю, глядя на него, и реагирую более эмоционально, чем рассчитывала.

— Ты знаешь, от чего еще я чертовски устал?

— От чего? — Мой вопрос — вздох, шепот, мольба.

Его рука движется вверх, и его большой палец надавливает на мой подбородок, мягко заставляя мой рот широко открыться. В этом есть что-то грубое, но то, как он смотрит на меня, когда делает это, заставляет меня дрожать от предвкушения, и я чувствую, что моя киска влажная и скользкая, когда сжимаю бедра.

— От необходимости проводить весь день — каждый день — с тобой и этим остроумным ротиком… — Его свободная рука вырывает баллончик со взбитыми сливками из моей хватки. Он поднимает его, поражая меня самой порочной ухмылкой. — И не иметь возможности использовать его так, как я хочу. Чтобы заполнить его так, как я хочу. — Его голос хриплый, но я едва успеваю это уловить, потому что свист сливок, заполняющих мой рот, заполняет воздух между нами.

Когда он останавливается, то снова приподнимает мой подбородок, закрывая мой рот.

— Каково это на вкус, принцесса?

— М-м, — все, что я могу выдавить, пока мои вкусовые рецепторы взрываются от сливочной сладости, а каждый нерв танцует от обжигающего электричества.

— Хорошая девочка. Ты хотела бы, чтобы это была моя сперма, да? — Сдавленный всхлип застревает у меня в горле, когда я киваю ему в ответ, пойманная в ловушку его янтарного взгляда. Затем он наклоняется ближе, влажное дыхание касается моих губ, и он рычит: — Глотай, Саммер.

Острое предвкушение разливается по моим венам, и я издаю этот отчаянный тихий стонущий звук, когда сглатываю для него.

— Теперь мы закончили играть в игры? — Его голос тяжелый, полный обещания, от которого волосы на моих руках встают дыбом.