Книга Безупречный, страница 94 – Элси Сильвер

— Ты промокла, Саммер. Это все из-за меня?

Клянусь, я вижу, как ее щеки заливает румянец, больше похожий на пурпурный в голубом сиянии.

— Да, — кротко отвечает она, звуча почти смущенно. Но все не так просто.

Она должна знать, каким диким это меня делает.

— Мне нравится, — рычу я, опускаясь на одно колено, перекидывая ее ногу через свое плечо и подтягивая ее попу к краю кровати. Когда я оттягиваю кружево в сторону, то наслаждаюсь тем, что чувствовал минутой раньше.

— Все это для меня. — Я снова потираю ее киску, чувствуя, как ее нога прижимается к моему плечу. Она застенчиво поворачивает голову набок. — Черт, какое удовольствие.

Она пытается поджать свободную ногу, и я просовываю один палец в ее влажный жар, одновременно поддразнивая ее.

— Нет, нет, нет. Не надо сейчас так стесняться. Раздвинь для меня ноги пошире, принцесса.

Я провожу одной рукой вверх по задней части ее бедра, чтобы раскрыть ее, когда она тихо выдыхает:

— Хорошо.

Прижимаясь поцелуем к внутреннему изгибу ее колена, убеждаясь, что она чувствует прикосновение моей бороды, я спрашиваю:

— Мне продолжать?

Ей требуется некоторое время, чтобы ответить. Я жду, осыпая поцелуями внутреннюю поверхность ее бедра, ухмыляясь, когда ее бедра приподнимаются.

— Я никогда… ну, это что-то новенькое.

Я на мгновение замираю, разглядывая ее очертания со своего места.

— Новенькое? Никто этого не пробовал? — Я снова ласкаю ее, и мой член напрягается сильнее, когда я понимаю, что она еще более влажная, чем раньше.

Она отрицательно качает головой.

Доктор Придурок действительно хуже, на хрен, всех. Но я этого не говорю. Вместо этого я тянусь за кружевным нижним бельем и стаскиваю его вниз по ее ногам. Если это первый раз, когда она оседлает мужское лицо, ей будет хорошо. И на пути не будет никаких модных трусиков.

Когда ткань освобождает ее лодыжки, я возвращаюсь в исходное положение.

— Это преступление, Саммер. Ужасный позор. — Я вхожу пальцем внутрь и чувствую, как она сжимается вокруг него, слышу, как тяжело она дышит. — Кажется, мне нужно исправить некоторые ошибки. — Я вдыхаю и выдыхаю, восхищенно наблюдая, как ее киска принимает мой палец, а затем два. — И мне даже не грустно из-за этого. Знаешь почему?

— Почему? — быстро отвечает она хриплым голосом.

— Потому что, если бы это был мой последний момент на земле, я бы хотел уйти именно так. — Теперь я вонзаюсь в нее жестко, наблюдая, как от этого ее тело сотрясается, слыша ее проклятия. — Голова между этими прелестными маленькими бедрами, и твоя киска у меня на языке.

Я держу ее широко раскрытой, опускаю голову и принимаюсь за работу.

Я закатываю глаза и вижу звезды. Яркие и блестящие, почти ослепляющие. Я слышала, что хороший секс сравнивают с возвышением, но никогда до конца не понимала этого чувства.

Но, когда лицо Ретта Итона у меня между ног, я понимаю.

Он обвивает мои ноги своими мускулистыми руками и кладет одну ладонь мне на живот, удерживая меня на месте. Другой крепко обхватывает мое бедро, и его пальцы впиваются в кожу так сильно, что мне кажется, они могут оставить синяки рядом с теми, что появились от седла несколько дней назад.

Его язык.

Его. Язык.

Его чертов язык.

Он облизывает меня почти так же, как он делал это со взбитыми сливками на моей груди — трепетно, но с достаточным нажимом. С достаточным посасыванием.