Книга Бессердечный, страница 81 – Элси Сильвер

Я смотрю в ее широко раскрытые зеленые глаза, которые теперь немного блестят. Ее клубничные губы слегка приоткрываются, и она снова кивает. Я ценю, что она не заполняет тишину бессмысленными словами.

— Может быть, я с детства был практичным. Стратегом? – Я вздыхаю и смотрю в потолок. – Я не хочу выглядеть мучеником или кем-то вроде того.

— Ты и не выглядишь, – отвечает она нежно и твердо.

— Но я еще ребенком видел нужду. Нашей семье была необходима помощь. И я решил помочь. Думаю, я никогда не останавливался. Чувство долга или что-то в этом роде. Я не жалею об этом, но у меня, например, не было ленивого, бестолкового лета. Когда я возвращался домой из школы, то присматривал за братьями, чтобы отцу не приходилось отпрашиваться с работы. Соседи тоже помогали. Миссис Хилл помогала с Люком, пока сама не стала слишком старой, чтобы успевать за ним. Но я не хотел, чтобы он все лето работал на ранчо или таскался со мной повсюду. Это развлечение на один день. Но не на два месяца.

— И вот появляюсь я. – Уголки ее губ приподнимаются, когда она слегка подмигивает мне. – Веселье.

Я вздыхаю:

— Ты очень веселая. Он боготворит землю, по которой ты ходишь.

Она смотрит на свои ногти и пытается не рассмеяться:

— Как и положено всем мужчинам.

Усмехаясь, я полностью перевожу свой взгляд на нее:

— Какой ты была в детстве?

Кончик ее носа подрагивает, когда она обдумывает ответ.

— Хотела бы я сказать тебе, что я сильно изменилась, но я не уверена.

В ее голосе слышится самоуничижительная пустота.

— Я всегда была веселой девушкой. Беззаботной. Когда я была маленькой, отец много путешествовал. Мама все время работала. У нас тоже были няни. Или родственники, которые помогали. Если подумать, это не так уж сильно отличалось от условий, в которых живет Люк. Так что не волнуйся, из него что-то да выйдет. Прямо как из меня.

Она произносит это как шутку, и я просто не понимаю, почему она так строга к себе. Почему она считает себя неудачницей, в то время как я вижу в ней умную, веселую, уверенную в себе молодую женщину? Ту, которая заставила меня умолять ее остаться.

Я пожимаю плечами:

— Я бы очень гордился им, если бы он стал таким, как ты.

Когда она наклоняет голову, одна мягкая прядь волос выбивается из прически и ласкает ее щеку.

— Правда?

— Да, Уилла. Чего еще я мог желать для него? Умный, независимый, с хорошим чувством юмора, с головой на плечах.

— Как ты думаешь, он предложит своей няне секс без обязательств?

— Господи Иисусе, женщина. – Я снова смотрю в потолок.

Она смеется, и это так мило. Словно колокольчики на ветру. Это первое, что я заметил в ней в тот день в кафе.

— Ну, если мы и шутить на эту тему не сможем, ситуация точно станет неловкой. Я думаю, что с Саммер и Реттом мы будем вместе до конца наших дней.

Реальность бьет по мне стальным шаром, а Уилла тем временем продолжает:

— Однажды, через много лет, мы станем седыми, будем распивать по огромному бокалу рома с пряностями и гоголь-моголя вокруг рождественской елки. Я буду шутить о том вечере, когда предложила отношения «друзья с привилегиями». Ретт застонет. Саммер закатит глаза и рассмеется из-за того, что я заговорила об этом столько лет спустя, хотя она уже давно об этом знала. Твоя женушка из маленького городка прижмет руку к груди, – Уилла имитирует это движение, – и будет скандалить весь вечер. А на самом деле она будет обходить меня стороной до конца наших дней. А я переживу ее, так что все в порядке. Шутка в ее пользу. Я выиграла. А мой муж привыкнет к моим выходкам, поэтому просто закатит глаза и продолжит пить.