Книга Заглянувший, страница 159 – Анастасия Райнер

— К чему ты клонишь?!

— К тому, что от тебя отказались Высшие, но не мы. Однако ты никак не можешь понять, где твоя семья и что для тебя благо. Если для сайзаров ты мусор, то для нас особенно значимы такие уникальные люди, как ты. Нам понятен твой язык общения с миром! Меланхолия, ненависть, отчуждение – здоровая и совершенно закономерная реакция, в процессе которой душа переживает неприятный опыт. Попытки стереть его противоречат развитию. Ты резок и груб – это похвально! Твои выходки обнажают всю грязь прогнившего насквозь общества. Общества, где выжимают из людей все соки, а после – сбрасывают в ямы разлагаться. Ты не виноват, что, родившись, свалился в эту грязь и испачкался. Все поступки, за которые ты испытываешь угрызения совести, – лишь последствия сложного жизненного опыта. Твое сознание изуродовано лязгом запирающихся дверей, осуждающим гулом человечьих голосов, выносящих приговоры. Каждый считал, что вправе тебя судить. Ничего удивительного, что теперь ты ненавидишь людей и все, что ими создано. Но Древиану Смоуру важен именно тот, кем ты получился. Для этого мир издевался над тобой. Носи шрамы с гордостью и никогда не стыдись своей темной сути. Ты имеешь на нее полное право.

— Так что же… даже наказания никакого не последует за предпринятый ритуал очищения?

— Он бы все равно не сработал, – безразлично ответил Люше. – И я не за тем явился.

— Тогда зачем?

— Я прознал, что ты видел сцену раскола души Юны и теперь знаешь, кто за этим стоит.

— Смоур! – выпалил я. – И Андрас!

— Я уже рассказывал, как твоя дражайшая возлюбленная страдала, заключенная в адском жерле при соответствующем обслуживании. Ее пытали и изувечивали – все как полагается, без халтуры. По правде говоря, я и сам не поверил бы, что этот маленький ангелочек окажется в таком жутком месте. Но потом узнал подробности, и все стало на свои места.

Настораживало то, как складно он говорил. А еще не отводил взгляд. Попытки его разоблачить приводили лишь к тому, что я не чувствовал лжи. Это пугало больше всего.

— Какие подробности ты узнал?

— Как считаешь, самопожертвование – это благо? – Архант задал встречный вопрос.

— Смотря в какой ситуации, – проговорил я, пытаясь сохранить самообладание.

— В моем понимании это всегда несправедливое отношение к себе. Если один человек жертвует собой ради другого, он показывает, что не так уж и важен сам для себя и готов поступиться собственными правами. Он жертвует не только телом и душой, но и всеми своими ветвями развития, разрушая гармоничные наметки Вселенной. А это, хочешь не хочешь, создает некоторый перекос энергии. Потому что свои интересы всегда должны быть превыше всего, и отвечаем мы за себя в этом мире, а не за других! Думать в первую очередь нужно о себе, а не строить из себя святого. Все равно никто не оценит. Хотя Альенис считала иначе. – Он многозначительно посмотрел на меня.

— Сестра пожертвовала собой в обмен на мою свободу, – озвучил я самую страшную догадку из возможных. – Кто заключил сделку?! Андрас?!

Люше кивнул:

— Это его большая победа – ведь цена светлой души гораздо выше твоей, уж без обид. Вместо истлевшего угля Андрас получил сияющий бриллиант. Так что, заполучив невинную душу, он вновь обрел благосклонность Смоура, а мои заслуги опять остались незамеченными. Да я бы смирился, но считаю его сделку с Альенис не совсем справедливой. Она мне нравилась, честно.