Книга Заглянувший, страница 272 – Анастасия Райнер

— Чувства постоянно вас предают, но это не мешает людям им доверять, – произнес Смоур. – Ведь именно чувства позволяют ощущать саму жизнь.

— Что чувствуешь ты, пребывая среди этих шедевров?

— Умом я вижу красоту, но в душе абсолютная пустота. Как будто мой дух мертв. Подлинно я не ощущаю ничего. Красота искусства не насыщает меня с тех пор, как я отрезан от Источника. Она – лишь напоминание, что когда-то я был способен чувствовать.

Неужели Древиан Смоур боится забыть, что когда-то был ментально жив? Поразительно, что он вообще в состоянии замечать красоту. За прошедшие века он стал совсем другим. Такой спокойный, искренний. Больше нет того леденящего потока отчуждения, которым когда-то он наградил Юну.

— Вопрос, который она задала на пороге вечности, до сих пор не дает мне покоя. – Считав мои мысли, Смоур обошел массивный дубовый стол и опустился в кресло. – Я сразу понял, что Юна – особенная. И дело вовсе не в том, что она прибыла с другой планеты. В ее глазах сиял особый свет. Настолько чистый и глубинный, что я впервые почувствовал себя уязвимым. И хотя я был старше на тысячелетия и видел несоизмеримо больше, когда я смотрел в эти глаза, только одна мысль звенела в сознании. Юна – ребенок, посланный богами.

— И все же ты убил ее.

— Я шел к золотому дереву с тем же упорством, с которым шел ты.

— На моем пути не погибли безвинные души.

— Юна исполнила предназначение. – Архант оставался непроницаемым.

— Это тебе золотое дерево сказало?

— Да. И не только это.

— Что еще ты увидел? Почему в ярости вырвал его из земли?

Смоур откинулся на спинку кресла:

— Потому что сакральное знание разочаровало меня. Я думал, боги покинули наш мир, но именно они в тот момент вышли со мной на связь. Они знали, что я приду. Как знали и то, что я хотел отказаться от служения им, чтобы стать самостоятельным божеством. Оказалось, даже действуя против Адвенов, мы исполняем их волю. Они давно все просчитали наперед, обернули в свою пользу, и мы все служим одной великой цели. С одной стороны, я догадывался об этом, но с другой… Когда с тобой говорят ОНИ, эффект совершенно ошеломляющий. Думая, что осуществляю мятеж против отцов, в действительности я всегда являлся тем, кем они меня задумали еще до моего создания.

— Значит, тебя создали боги с конкретной целью?

— Тебя сейчас действительно интересует моя история? – На лице владыки Рохаса впервые заиграла загадочная улыбка.

— Да, – честно ответил я.

— Не боишься перегнуть палку? – Проницательные глаза слегка сощурились.

Считать настроение арханта не представлялось возможным, поэтому я отказался от всякого анализа событий. Выбирая третью арку, я трезво оценивал риски, а значит – будь что будет. И если это мой последний разговор, пускай он пройдет без страха, на равных. В этот, возможно, финальный отрезок жизни я хочу быть свободным, искренним, ничем не скованным.

Древиан Смоур закинул ногу на ногу, задумчиво потер подбородок, а затем произнес:

— Что ж, ладно. Считай это данью уважения первому человеку, дошедшему до моих покоев. – И он жестом пригласил сесть в кресло напротив, что я и сделал. – Как ты знаешь, наставники академии Арден из века в век наотрез отказывались подпускать меня к золотому дереву, словно издеваясь. В результате я собрал армию архантов и заполучил плод сакрального знания силой. Вкусив его, я увидел свое далекое, забытое прошлое. Как оказалось, я уже получал доступ к великому знанию, вот только то, что я тогда узнал, мне пришлось не по вкусу. И поэтому, воспользовавшись его мощью, я стер себе память об увиденном.