Книга Лорд Громового Утеса, страница 121 – Анастасия Райнер

Но прекраснее всего преображался розарий. На бархатных увядающих лепестках кристаллы инея превращались в произведение искусства, и даже становилось жаль, когда к полудню от кристаллов не оставалось и следа. В розарии Кристина, Луиза и Даниэла теперь проводили много времени, ухаживая за кустами, подготавливая их к зиме.

С тех пор как у Даниэлы умер муж, она жила в Громовом Утесе. Девушка боялась возвращаться в опустевший дом. Или не хотела. Сестры ее не расспрашивали, а сама она говорила мало. В основном слушала, благодарная за компанию. Среди людей ей было проще справиться с горем, отвлечься. Так что девушки понемногу возвращались к привычным делам: к прогулкам, вышиванию, музыке, а иной раз и к танцам.

Впрочем, в преддверии войны ни пышных приемов, ни балов, коими славилось поместье, больше не проводилось. Да и само поместье разом опустело: всех наемных танцовщиц распустили, а сами Лерои теперь всегда отсутствовали, словно позабыв дорогу домой.

Тронный зал пустовал. В нем не случалось более ни одного собрания. В доме стало непривычно тихо, и даже слуг как будто стало меньше. Да и зачем они, если жильцов по пальцам пересчитать?

Поначалу Кристине казалось, что Адриан намеренно ее избегает, но за две недели его не видела ни одна живая душа. Точно так же, как и Кирана, Нейтона и самого лорда. Не было никакой уверенности и в том, живы ли они вообще. Всех поглотило беспросветное неведение и удушающее предчувствие неизбежного.

Дни тянулись медленно, тягуче, как перегретая карамель, но приносили они одну лишь горечь. Каждая из девушек по-своему переживала тоску по любимому, и в одиночестве все трое тихо плакали. Иной раз часами. Надрывно. Горестно. А как только встречались друг с другом, подмечали красные припухшие глаза. Но они не обсуждали это, чтобы ненароком не ранить еще больнее.

Поскольку у Кристины теперь каждый день был свободен, она много времени посвящала тренировкам с ножами. Уже через два дня практики ее нож попадал точно в цель, а удары стали уверенней. Отдав несколько ножей Луизе и Даниэле, она предложила тренироваться вместе, и девушки охотно согласились.

— Можно попросить у Лероев экстракт бластовоха, – предложила Кристина. – Если враги придут за нами, мы должны суметь защититься.

— Смажем экстрактом ножи, – решительно кивнула Луиза. – И попробуем убить пару-тройку тварей.

В прежние времена услышать подобное из уст утонченной леди было бы чем-то из ряда вон выходящим. Возмутительной выходкой, после которой можно было и не мечтать об удачном замужестве. Общество с малых лет прививало девочкам мысль, дескать, не женское это дело – оружием баловаться. Но времена изменились. Стали отчаянными. И требовали столь же отчаянных мер.

Помимо тренировок Кристина вознамерилась наладить контакт с лекарем Лероев мистером Свонсоном. Придя к нему в кабинет в один из дней, девушка с порога заявила:

— Я хочу ежедневно отдавать немного своей крови для мистера Адриана. Сможете сохранить ее для него?

Она знала, что Адриан ни за что не станет добровольно пить ее кровь, но, если она уже будет разлита по бутылкам, нет никакого смысла сопротивляться. Учитывая ту силу, что дает ему ее кровь, Адриан начнет принимать ее. Чтобы иметь возможность бороться. Чтобы превосходить самого себя и врагов.