Книга Шепот в тишине. Мистические истории, страница 120 – Ирина Родионова, Дарья Бобылева, Татьяна Мастрюкова, и др.

— А если все-таки ничья?

Дарья тонко улыбнулась:

— Сыграешь со мной вничью – считай, ты победил.

Конечно. Вероятность двух джекпотов подряд – ноль целых, ноль десятых. Как и отыграть в карты чужую жизнь. Как поговорить с дочерью спустя девять лет после ее смерти. Как отмотать время и вернуться на два дня назад, когда ничего этого еще не случилось.

— Прости, мам, – прошептал Егор и запустил игру.

Он не видел, как выстраиваются рядами планеты, потому что думал о Мхе, который, должно быть, уже проснулся и испугался того, что остался совсем один. Не видел, как мелкие строчки по обе стороны от планет вспыхивают огненными звездами, – Юкки купил одинокий мужчина, у которого недавно умерла от старости собака той же породы. И уж точно не видел, как опускаются и замирают на своих местах свинцовые семерки: жаль только, с Гунькой так мало общались, теперь уже не исправить…

От тишины закладывало уши. Егор приоткрыл один глаз, потом второй.

Джекпот.

— Это правда?.. – повернулся он к Ивану. Тот стоял с пустыми глазами и все равно что отсутствовал. – Я выиграл?

Снова постаревшая, Нета переводила измученный взгляд с одного на другого.

— В этом доме найдется горячий чай?

— Нет-нет, денег не надо, – заверил Иван, как только Нета достала карту. – За счет заведения, к тому же ваш пес не сжевал ни одного кресла.

— Потому что там не было кресел, – сонно пробормотал Егор. Он спал стоя, хоть и придерживал обеими руками Мха, который снова высовывал нос из-под куртки.

До кладбища Белоомута добирались двумя машинами: Иван – впереди, белый внедорожник Неты – сзади. Здешний погост ничем не напоминал Введенское с его усыпальницами и ангелами – даже тишина звучала иначе. Во все стороны, дальше, чем хватало глаз, расходились ряды одинаковых участков, ветер шелестел целлофановой оберткой живых цветов, пока добирались на кладбищенскую окраину – к сектору для безродных. Ноги по щиколотку погружались в жидкую грязь. Ботинок едва не соскочил, и Егор придержался за оградку, чтобы подтянуть шнурки. Вытер руки, глянул в небо – тучи нависали волнами, бесшумным роем кружила птичья стая, пока взгляд не перестал различать ее над деревьями. Могила, возле которой застрял Егор, заросла травой выше его роста: ломкие стебли пиками выпирали из провалившейся ямы. Таких здесь попадалось много. Егор двинулся было дальше, но теперь уже другая нога выскользнула из ботинка, будто что-то удерживало его на месте. Прислоненная к оградке, из земли углом торчала табличка, отвалившаяся от гнилого креста. Кровь прилила к щекам: «Игорь Авдеев».

На ладонях остались крупицы ржавчины. Егор поднял голову, но Иван с Нетой успели отойти довольно далеко. Егор протер табличку рукавом и, свесившись через оградку, пристроил ее к кресту. Нужно будет сказать маме – может, получится привести все это в порядок. Не особо на что-то надеясь, набрал номер, в последний раз послушал автоответчик и отключил телефон, пока оставалось хотя бы два процента зарядки. Да, он выиграл, вот только что?..

Алые букеты на грязном снегу виднелись издалека. Других цветов, кроме тех, что принесли они сами, не было – как не было ни имен, ни фамилий на невзрачной дощечке, прибитой к одинокому столбу. Скупое перечисление годов. Здесь и упокоилась Дарья.