Книга Станция Лихо, страница 69 – Надя Сова

— Наш новый шеф в машине, советую поторапливаться, часть знаков уже стерлась.

— Яну берем с собой, – сказала Нора.

— Значит, кто-то едет в багажнике, – пожал плечами Як. – Или летит.

— Могу и р-размяться, – почесал клюв ворон.

— Окей, встречаемся у машины.

Як ушел искать Стаса.

— Суровый, – сказала я, задумчиво глядя ему вслед.

— Зато надежный, – ответила Нора. – Из всей этой толпы только Яку можно довериться. И дело даже не в его знаках, он сам как защитный знак.

— А что это за знаки? – Я решила воспользоваться возможностью задать вопрос. – Я такие никогда еще не видела.

— Людям свойственно придумывать свои элементы силы. А если во что-то очень сильно верить, то оно обретает силу. Вот Як и верит в свои точки-палочки всей душой. И они работают.

— А это не самовнушение?

— И оно в том числе. – Нора улыбнулась. – Но в случае с Яком все сложнее. Он часть Стражи, а им свойственно придумывать свою магию.

— Типа из гвардейцев? – уточнила я.

— Часть Стр-ражи, – поправил ворон. – Милочка, а ты откуда? Таких пр-ростых вещей не знаешь.

Я промолчала.

Из домов запретили выходить, ввели комендантский час. Особенно строго следили за теми, кто тесно общался со всякими-разными. Домовых в расчет не брали, они почти в каждой квартире сидели, а вот любителей поспорить с аукой или тех, кто витарей выращивал, взяли, что называется, на карандаш.

— Мы словно в девятнадцатый век вернулись, – возмущалась соседка. – Казалось бы, уже больше века рядом живем, а все никак не привыкнут некоторые.

С этим приходилось соглашаться. Жизнь со всякими-разными уже давно стала обыденностью. Как утром чистишь зубы, так вечером замешиваешь тесто для домового. Иногда не тесто, а просто закваску. Полезные бактерии. Соседка рассказывала, что своего домового кормит сушками.

— Не понимаю, Матреш, зачем ты так каждый раз заморачиваешься? Купила пакетик, и месяц не вспоминаешь об этом.

— Мне так просто нравится, – пожимала плечами Матрона Михайловна.

Она переехала в эту квартиру почти пятьдесят лет назад, получила по очереди. Мебель собирала по знакомым, и в одном из сервантов обнаружила тень домового. Понадобилось много времени, чтобы из тени вырастить настоящую физическую сущь и убедить ее перебраться хотя бы на шкаф, чтобы сервант наконец выкинуть.

В тот день она решила замесить побольше теста, чтобы не только домового покормить, но и на пирожки хватило. Щедро добавила дрожжей, вымесила, в каждое движение вплетая заговор, и оставила в теплом месте. Пошла подремать, заснула. Проснулась спустя несколько часов от беспокойного чувства, что что-то забыла или потеряла.

— Ох, тесто!

Игнорируя тапочки, побежала на кухню. А там уже сидел огромный рыжий кот и лапой вминал бежевое облако обратно в кастрюлю.

— Уже пятый раз его опускаю, – заметил он.

Матрона Михайловна присела возле стола и потерла переносицу.

— Мы, конечно, всяко повидали. И птиц, чьи перья режут металл, и коней, что за один шаг сотню километров проходят. Но говорящие коты…

— То есть ты кормишь домового тестом, а говорящие коты тебя удивляют? – уточнил тот.

Он слегка шепелявил и растягивал гласные, что успокаивало, но при этом не очень вязалось с его огромной рыжей тушей.

— Говорят, в наше время важно сохранить в себе умение удивляться, – ответила Матрона Михайловна.