Книга Бессмертник, страница 92 – Надя Сова

— Лучше бы и душу, – ворчал крадник.

Всякие-разные на задворках шипели, стоило спросить про блазника.

Даже ворчливый дед обещал обоссать и сжечь любого, кто ещё раз спросит про фантома. Даже для навьих тварей это был чудовищный выродок. Не всякий-разный, не человек. Сгусток концентрированной злобы, который лучше никогда не встречать.

Гаврила в сотый раз обошёл все ключевые точки, которые могли бы приманить фантома, и уже отчаялся его найти.

— Ничего не осталось от Зои Зной, – бросил он, в очередной раз подходя к её квартире.

— Привет. – От голоса кровь застыла в жилах, короткие волосы встали на затылке дыбом. – Меня зовут Зоя Зной.

Гаврила обернулся. Блазник покачивался из стороны в сторону, склонив голову набок.

— Хочешь отомстить? – спросил Гаврила. У каждой души есть триггерные точки, на которые что при жизни, что после смерти можно надавить, чтобы получить желаемое.

Зоя дёрнулась. О, она мечтала отомстить. Одного уже извела, теперь нужно было добраться до Ската Иваныча.

— Я предлагаю тебе больше, чем одного человека. – Ратников смотрел, как меняется лицо фантома.

— В моей смерти виновата Стража, – сказала Зоя Зной. – Моего рода больше нет.

— Стражи тоже больше нет. – Крадник старался подбирать каждое слово, чтобы не разозлить фантома и добиться своего.

Блазник задумался. Если Стражи нет, то кому тогда мстить?

— В тебе же осталась боль. – Ратников осторожно подошёл ближе. – Боль надо выпустить, чтобы она тебя не сжирала. Чтобы ты ушла на покой.

— Мне не нужен покой! – взвизгнула Зоя Зной.

— Не нужен, – поспешно согласился крадник. – Тебе нужна месть.

— Я буду мстить всем! – заорал блазник. – Всем живым, потому что это нечестно! Почему их спасли, а меня нет?

Ратников отпрянул, когда из блазника полилась чёрная гнилая вода, она разъедала асфальт, отравляла землю. Не того хотел добиться крадник, но какая разница? Если результат приведёт в итоге к беде. К появлению чудовища, что поможет Скату Иванычу разделить Ладный и Явный миры, уничтожить Великое древо и перестать зависеть от других.

Фантом всё ещё орал, когда Гаврила Ратников покинул улицу и прислушался к слухам. Те почти добрались до Явного мира. Значит, скоро можно будет развлечься с остатками Стражи.

— Готовься, дорогой Брют, – довольно пробормотал себе под нос Гаврила. – Скоро всех твоих пчёл изведёт морок.

* * *

На участке было тихо, словно не случалось никаких убийств, аварий, гибели незнакомых, но почему-то важных людей. Птицы щебетали, перепрыгивая с ветки на ветку. Зрела клубника, набирали силу побеги однолетников. Пионы раскрылись мохнатыми шапками и спорили между собой, кто краше. И было им всё равно, что за калиткой живут люди, которым чужие жизни не дают покоя.

Всю дорогу до участка Нора думала о том, что последняя неделя очень круто изменила её жизнь. Уволилась с работы, нашла себя. Ту часть себя, что долгое время дремала. Спасибо Таисе, которая одним словом могла сломать всё, что с такой любовью выстраивала в себе Нора. Смогла бы она поговорить с подругой? Или опять замялась бы, опустила глаза? Столетница сжала руль. Теперь она не сможет ответить на этот вопрос. Если верить Шепелявому, то и Саша больше не сможет набраться смелости и сказать Таисе всё, что он думал. А думал он много. Лучше бы столько же говорил.