Книга По волчьим следам, страница 84 – Диана Чайковская

— Не смотрит так, – цокнул Чонгар. – В тереме такое не любят.

О да, не смотри так, не делай того, не ходи туда. Маржана слышала такое от бродячих кощунов, которые останавливались в Горобовке. Они рассказывали небылицы о девицах, что оборачивались зверями и птицами, а потом становились великими княжнами, к собственному же несчастью. Их сажали в клетки из каменьев и расписного дерева, и девицы быстро старели, а затем умирали.

Маржана нащупала в кармане волчий мех и сжала его. Он отозвался теплотой. Зверю понравилась ночная прогулка по Звенецу. Волк довольно облизывался и хотел ещё. В груди медленно нарастало жгучее желание. Да, её не посадить под замок, но, возможно, великий князь захочет оставить при себе волчицу? Звучало дико.

Через полторы лучины они подошли к огромным воротам. Удивительно, как Томаш смог сбежать – Маржана не прыгнула бы так высоко даже с крыши. Да и выточенные колья вверху не внушали доверия. Промахнёшься – распорешь себе брюхо.

Чонгар громко застучал по воротам, требуя отпереть. Кто-то – видимо, стражник – приблизился с той стороны и приоткрыл окошко.

— Ну и рожа у тебя, – скривился витязь. – Здоров будь, Добролюб.

— Твоя не лучше, – отозвался ратник. – Какими тропами, Чонгар?

— Мне к Славене надо, – ответил он. – По делу.

— Ох, и зачастили гости, – буркнул Добролюб. – Жди.

Окошко закрылось. Маржана стучала пальцами по ближайшему бревну и пыталась успокоить себя, напоминая, что они уже виделись со Славеной и что ведунья ей не навредит. Да и вообще – худшее с ней произошло, дальше должно быть полегче.

Долго ждать не пришлось – не прошло и трети лучины, как ворота приоткрылись. Добролюб впустил их внутрь.

— Славена ждёт, – сказал стражник. – Аж удивительно: то репой покати, то одни гости вслед за другими…

Видать, он говорил о Томаше. Маржана усмехнулась: княжич наверняка уже лежал в тёплой постели или разгуливал по терему в яркой рубахе с вышивкой. Мысли о нём мигом улетучились, стоило ей увидеть дом Добролесских изнутри. О, диво, сколько труда, сколько росписи. Золотистые резы переливались у самого порога и уходили во мрак сеней. А лестницы, украшенные червонной росписью, были то широкими, то узкими, скатываясь вниз змейкой.

Чонгар шикнул на неё и зашагал быстрее. Маржана едва поспевала. В одних только сенях можно было обустроить целую харчевню, а дальше и вовсе начались чудеса из резного дерева. А как пахло! С одной стороны – сладкие пироги и мясо, с другой – помеси трав и отваров, с третьей – земляничным чаем и чем-то пряным. Они повернули и поднялись по узким ступеням – туда, откуда несло травами. Маржана догадалась, что в этой части терема жила Славена.

Едва перешагнув последнюю ступеньку, Чонгар нырнул во мрак и постучал в дверь с серебристыми резами. Та открылась.

— Входите, – из-за двери высунулась Славена и поманила их рукой.

У ведуньи было ярко – в каждом углу горели толстые лучины. Чонгар переступил порог и уселся на лавку, Маржана последовала его примеру. Находиться рядом со Славеной было непривычно и пугающе. Та взглянула на них и сунула Чонгару мешочек. Витязь развязал шнурок и ахнул:

— Смарагды!

— Это от великого князя, – объяснила Славена. – Он благодарен вам за то, что привели Томаша в Звенец.

Чонгар спрятал мешочек за пазуху и кивнул. Теперь стало ещё страшнее. Щедрость великого князя наводила страх.