Книга Клятва и клёкот, страница 54 – Диана Чайковская

Хорошо, что за соседней стеной находилась жаркая кухня. Оттого было так тепло и приятно. Надо будет зайти да перекусить. Может, кусок печеного мяса перепадет. Эх, давно Дивосил его не ел, а ведь хотелось так, что аж живот сводило.

Перед глазами все плыло: кухонная печь, ветер, птицы… Меж воздушными волнами плясала девка – тонкая, как лента, с угольными волосами и злым взглядом. Завидев Дивосила, она засмеялась. Небо раскололось молнией и послышался грозный грохот, в котором угадывался крик Перуна.

«Не трожь, парень, не для тебя она!»

А Дивосил, как завороженный, тянул руки, но никак не мог достать. Девка продолжала кружиться среди дождя из вороньих перьев, и все ей было нипочем. Даже боги.

Колючий снег бил в глаза. Княжна чихала, Дербник морщился и в очередной раз проклинал себя. Мог бы пожаловаться князю, разнести слух по терему – и тогда бы Марью заперли в покоях. Сидела бы себе, вышивала рушники, но нет – лихая сила потащила ее невесть куда и Дербника заодно.

Он понимал: если что случится с княжной, не сносить ему головы. Значит, придется защищать, причем не столько от разбойников, сколько от холода и мороза.

Недолго думая, Дербник развернул Березника к ближайшей слободе. Ветер бил в бока и подгонял. Конь недовольно фыркал. Да уж, славно выходило: не успели толком отъехать, как придется останавливаться и просить ночлега.

А может, это знак? Боги послали метелицу, чтобы предупредить: остановитесь, развернитесь к Гданецу и сидите за воротами терема. Дербник скривился. Если совсем честно, в столицу ехать тоже не хотелось. Что его там ждало? Смех Пугача? Злорадство Зденки?

Ряды крыш вырисовывались и росли на глазах. Березник, желавший вернуться в тепло, резко бежал мимо поля. Черная земля покрывалась саваном, колючим, хрустящим, холодным. Так укрывал мертвую невесту жених. На радость Велесу и Моране, к горю Лели и Ярила.

— Куда мы едем? – княжна завертела головой.

— Нужно переждать метель, – Дербник выдохнул.

Марья промолчала. Не понравилось. Ему тоже. Чем дальше, тем больше это путешествие походило на безумный сон. Глядишь – проснется утром в птичнике, на старой доброй соломе, умоется и услышит ругань Сытника. Ах, хотелось бы.

Березник гнал изо всех сил, пока не проехали через околицу. Кажется, эту слободу называли Ближним Гаем. В ней селились семьи обедневших кметей и купцов. Дербник хотел промчаться по дороге и остановить коня возле лучшей избы, но вовремя спохватился: там за ночлег возьмут дорого, а каменья и монеты им еще пригодятся.

Нет уж, лучше неприметная изба с покосившимся тыном^[34]. Дербник остановил Березника у крайней, увидел зажженную лучину возле окна. Может, добрый знак?

Передав поводья Марье, Дербник спрыгнул и застучал кулаком в ворота. Во дворе залаяла собака. Почти сразу послышались шаги.

— Кого там принесло в недобрую ночь? – раздался мужской голос.