Книга Солнце, которого не было, страница 12 – Кристина Той

— Экономическое обоснование мне сделай! Сотый раз повторяю: мы не предоставляем благотворительные услуги.

— Мы живём за счёт этих налогов, – ответила Кира. – Самый большой процент налогов – в первом и втором секторе с самого начала их работы.

— Пусть спасибо скажут, что мы их вообще оставили. И тебя тоже. Не понимаю, почему ты всё ещё тут работаешь.

— Стерва… из какой дыры её только вытащили! – возмутился господин Радоуцкий.

Самоуверенности этой незнакомке было не занимать. Кира удивлённо глянула на толпу в коридоре, в которой стоял её отец. Опустила глаза. На минуту Дюк подумал, что она узнала его, и в голове пролетели миллионы слов, которые он должен был сказать ей. «Я не хотел уходить», «Я должен был остаться», «Ты – всё, что было хорошего в моей жизни», но, когда Кира подошла, он даже не попытался открыть рот.

— А кто это? – прошептала Аня, вскинув бровь на высокую светловолосую девушку, что так грубо разговаривала с Кирой. Вопрос был адресован скорее, Дюку, но и тот не знал ответа. Его не покидало чувство, что это всё не по-настоящему. И оно только нарастало. Это точно не то место, откуда он уходил на поиски Ани.

— Новая Леди секторов. Госпожа Адель. Дюк, не довелось ещё ей руку целовать? А то она – твоя самая большая фанатка. Без умолку про тебя говорит. Диалоги о тебе затмевают только диалоги об Аресе, главном приспешнике. Вы, кажется, знакомы, – с раздражением продолжил отец Киры.

— О, так вы – Дюк Нордан! – Кира тут же прикрыла красные щёки папкой с бумагами в руке. – Мне так неудобно за сцену, которую вам пришлось наблюдать пару минут назад.

— Ничего, – так тепло улыбнулся он, что у Ани ревность кольнула в рёбрах. – Ты всё верно сказала. А новая госпожа была не права. Я так считаю.

— О, вы только ей так не говорите, а то точно уволит. – Плечи Киры опустились, она убрала папку от лица. Манера речи Дюка и его слова помогли ей расслабиться. – А вы из второго, да? Мне кажется, я бывала там. Условия ужасные, если память мне не изменяет.

— Память тебе не изменяет, – прошептал Дюк в попытках не сказать, как же часто и зачем она бывала там.

Это напряжение между ними уловили все, но причину знали лишь трое. А по этому ужасно раздражающему чувству внутри Аня осознала – она влюбляется в этого парня, и теперь точно знала, что нужно делать. Как и всегда в таких случаях – держаться подальше от человека, которого начала ревновать.

«Ревность. Испытывать её совершенно нормально. Это значит, что ты ощущаешь с кем-то особую связь и боишься, что она прервётся», – успокаивала себя Аня, мысленно желая разорвать её раньше, чем это сделает Дюк. Ей хотелось избежать новой привязанности.

— У меня столько планов по восстановлению, по перестройке. И идей, как прекратить забастовки. – Глаза Киры светились. Перед ней человек, для которого она старается! Она сделает его жизнь лучше!

— Я бы с удовольствием послушал, – окончательно растаял Дюк.

— Вы ещё не ушли? – В коридоре показалась Николь. Следы от дорогой туши всё равно остались под глазами, как она ни пыталась их стереть.

— Тётя Николь, мне тут сказали, что у вас уже есть решение по мятежу. – Дюк на миг посерьёзнел, но глянул на Киру и снова тепло улыбнулся. – И я бы хотел послушать о перестройке.

Уловивший только последнюю фразу Арес воспринял такой ход событий, словно плёлся до своей комнаты в одной вселенной, а внезапно вернулся в другую. Что ж, он не против провести ещё какое-то время за круглым столом офиса. В конце концов, ему меньше надо будет объяснять «рыжему революционеру», что сейчас происходит. И пусть Дюк таковым уже не являлся, это прозвище отныне принадлежало ему.