Книга Дьявольские шутки, страница 15 – Лизз Демаро

ГЛАВА 4

«ИСПОВЕДЬ: ПУТЬ АДА»

— Рагиро, — осторожно перебил его Мартин. — Вы и впрямь прошли Шесть Путей?

Этот вопрос — главная ошибка Мартина. Рагиро и без того не был расположен к священнику, а то, что он позволил себе спросить, только сильнее разозлило заключенного, в то время как отец Мартин изо всех сил пытался, сам того не осознавая, произвести на него более или менее приятное впечатление. Этот вопрос все перечеркнул. Рагиро молчал. Но сейчас в его молчании было не просто напряжение, не просто тоска — злость, иступляющая ярость, наполненная желанием убивать. Он тяжело дышал, смотря в одну точку перед собой и не обращая внимания на ноющую боль в запястьях от кандалов.

Рагиро медленно поднялся на ноги. Недолго думая и не смотря на Мартина, разорвал уже изрядно порванную и испачканную рубаху, и стянул ее с плеч, обнажая изуродованное в шрамах тело.

— Дальше раздеваться?

Отец Мартин набрал в грудь побольше воздуха, не отрывая изумленного взгляда от покрывающих плечи и торс шрамов, с трудом отрицательно покачал головой и с не меньшим трудом выдавил извинения. Рагиро не ответил: пытаясь успокоиться, он старался отстраниться от собственного прошлого, посмотреть на свою же историю со стороны, чтобы вспышки гнева не застилали ему глаза.

— Вся семья Инганнаморте оказалась религиозными сектантами, повернутыми на идее обладания божественной силой Шести Миров. Тебе ведь известно, что в священных писаниях сохранились записи о том, что человек, прошедший Шесть Путей, станет обладателем Истинной Силы Бога. Тебе никогда не казалось это странным: почему, чтобы получить Силу Бога, нужно пройти через Ад?..

Но знаешь, священник, ни один нормальный человек никогда не смог бы выдержать пыток Шести Путей. Чтобы вынести это и остаться в живых, нужно уже обладать хоть какой-то силой — дьявольской ли, божественной ли. Или нужно быть сумасшедшим. Не важно. Мое настоящее имя Рагиро Савьер Финн, и нет, священник, ты не ошибаешься. Я принадлежу той самой семье, на которую около четырех или пяти веков назад была объявлена охота. Та самая сила — скорее, дьявольская, нежели божественная — уже струилась в моих жилах, пусть тогда я не знал об этом.

Порез от ножа, который нанесла мне Мирелла, вскоре затянулся сам по себе — прошло буквально пару минут. Мне по-прежнему больше всего на свете хотелось убежать, но под их холодными взглядами я не мог даже пошевелиться и с трудом дышал. Краем глаза я заметил, как Чезаре опустил свою руку на плечо Миреллы, и она улыбнулась уголками губ, не спуская своего взгляда с того места на моей руке, где недавно была царапина. Лезвие ножа все так же пугающе поблескивало.

— Мы нашли его, Мирелла, — довольным шепотом проговорил Чезаре, и мне показалось, будто он готов в ту же секунду выпустить мне кишки.

Улыбка на лице Миреллы стала более широкой, но доверия больше не внушала, словно предупреждала: впереди меня ждет пылающий ад. Нож она убрала, руку отпустила, и у меня появился тот самый шанс: я сделал шаг назад. Прямо над моим ухом раздался приглушенный смех, и я вновь почти что окаменел. Кто-то стоял за моей спиной.

— Извини, мальчик, уйти не получится. Ты нам нужен.

Этот голос я слышал впервые: он принадлежал мужчине на несколько лет старше самого Чезаре; говорил он уверенно и намного спокойнее Миреллы и Чезаре. Я заставил себя повернуться к нему лицом и взглянуть на него: его резкие черты лица не выражали ничего кроме ледяной жестокости, он смотрел на меня взглядом хищника, который не ел не меньше недели, но при этом смог сохранить рассудок. Он был старшим братом Чезаре, и его звали Гаспаро Инганнаморте.