Книга Наперекор инстинкту, страница 67 – Ксения Власова

А затем ее плечо обожгло такой болью, что Миа закричала и оттолкнула от себя Дрейка. Тот не сопротивлялся.

Миа посмотрела вниз. По ее руке стекала узкая дорожка крови. От солоноватого запаха ее замутило.

— Прости, — отстраненно сказал Дрейк. — Обычно не больно, оргазм действует как анестетик. Но это не наш случай, верно?

Почему-то Миа захотелось поспорить, но она лишь прошипела, дуя на ранку с отпечатками острых зубов:

— Верно.

Дрейк остекленело посмотрел на нее, нагнулся к плечу и слизал кровь языком. Боль сразу стало терпимее.

— Спасибо, — тихо проговорила Миа, когда тот отстранился. — За все.

Дрейк кивнул и быстро поднялся с дивана.

— Я пойду.

— Уже? — вырвалось у нее. — Может быть…

— Миа Киплинг, — рявкнул Дрейк, и она поняла, что тот держится из последних сил, — если ты мне сейчас предложить выпить чаю… Клянусь, я за себя не отвечаю!

В этот момент она отчетливо поняла, что бесстыдно лежит перед ним в одних чулках и нижнем белье и, пискнув, потянулась к остаткам рубашки. Дрейк в отличие от нее был полностью одет, и это странным образом возбуждало.

Дрейк наблюдал за ее попытками прикрыться с напряженным вниманием, сжимая и разжимая ладони, а затем грязно выругался сквозь зубы и вылетел из ее комнаты, словно за ним черти гнались.

Громко хлопнула входная дверь, и Миа перевела дыхание. На ее плечо саднила метка, а в душе — зудящее чувство неудовлетворенности.

Часть 24

Быстрые и ритмичные звуки ударов гулко разносились в тишине просторной комнаты для тренировок. Дрейк молотил грушу исступлённо и с полной самоотдачей.

Если бы в этот уединенный уголок, предназначенный только для вип-клиентов, заглянула девушка-администратор, она бы сразу поняла, почему он отказался от услуг тренера. В таком состоянии он бы живого места не оставил на сопернике.

Подавляемая сексуальная энергия требовала выхода и выплескивалась в виде агрессии. Волк внутри него метался, скалил зубы и оставлял длинные отметины когтей на всем, чего касались его лапы.

Час был поздний, но в спортивном клубе, куда он приехал не сразу, а после головокружительного лихачества, два раза едва не закончившегося аварией, было оживленно. Богатые клиенты этого элитного места, как правило, днем были слишком заняты, поэтому клуб работал круглосуточно. Его двери всегда были гостеприимно распахнуты. Конечно, для тех, кто мог себе позволить столь дорогое удовольствие.

В просторной комнате с рингом посередине, спортивными матами и грушей в углу, Дрейк был один. Никто не стал свидетелем его срыва.

Он не надел боксерские перчатки и колотил грушу без них. Костяшки на пальцах от напора и силы удара сбились в кровь, но он даже радовался этому. Боль хотя бы немного остужала голову.

Дрейк ударил в последний раз, устало выдохнул, остановил раскачивающуюся грушу и отошел к кулеру с водой. Он с жадностью осушил несколько картонных стаканов. Снова наполнив один из них, он пересек комнату и остановился напротив огромного, в половину стены, панорамного окна.

За стеклом сгущалась темнота, но в ней отчетливо проступали огни большого города с сияющими хромом небоскребами и яркими рекламными плакатами. Внизу раскинулось уходящее в бесконечность черное шоссе с мерцающей в ночи белой разметкой. Звукоизоляция не пропускала шума, но Дрейк и без него ощущал быстрый пульс мегаполиса.