Книга Черная рябь, страница 127 – Екатерина Шитова

Мужчина налил полный ковш воды и поставил его на табурет рядом с кроватью. А потом, поцеловав Василису в макушку, вышел из дома и отправился на поляну, где уже начались задорные пляски. Несколько гармоней заливались, гармонисты, красные от усердия, по полной растягивали меха, возле них вились смеющиеся девушки с подведёнными углём бровями. Гармонисты на праздниках не могли плясать в общем кругу, но тем не менее всегда находились в окружении девушек, которые спорили, кто сможет заарканить гармониста, если он был холост.

Игнат сначала уселся на прежнее место, но залихватские мотивы так и зазывали пуститься в пляс. Он притопывал в такт ногами, улыбался, глядя на толпу пляшущих. Поэтому, когда две молоденькие девчонки подбежали к нему и за обе руки потянули в общий круг, он не стал сопротивляться и тут же пошёл отбивать трепака. Плясал Игнат ловко и умело, девушки засмотрелись на него, зашушукались, заулыбались, хотя знали, что он ещё с осени женат.

Мужчина на девок внимания не обращал, плясал в своё удовольствие, отбивал ногами землю так, что комья весенней грязи летели из-под сапог в разные стороны, ходил по кругу, раскинув руки, и широко улыбался, а потом пускался вприсядку, выкидывая попеременно то одну, то другую ногу в стороны, да так здорово, так неистово это получалось, что возле него образовался целый круг зрителей. Парни свистели, хлопали в такт, а девушки топтались на месте, взмахивая белыми платочками и поводя плечами. Рыжие кудри Игната растрепались, превратились в пышную копну над головой, щёки раскраснелись, глаза заблестели, будто два зелёных драгоценных камня. Он плясал, никого вокруг не замечая.

И тут вдруг к Игнату вышла девушка – высокая, стройная, видать, самая смелая. Лица её он не видел, потому что оно было до половины скрыто алым платком. Девушка вскинула руки и принялась кружить вокруг пляшущего Игната, подол её развевался то тут, то там алым всполохом, ослепляя его. Он подхватил незнакомку под руку, вторую руку положил на широкую девичью талию и закружился с ней под общий смех и улюлюканье.

— Ну, Игнатка! Жену домой отправил, чтобы вдоволь с девками наплясаться! Ох, хитёр! – послышалось из толпы.

Постепенно к пляшущим стали присоединяться и другие пары. Поляна закружилась в весёлой кадрили. Игнат, сбавив темп, наклонился к незнакомке и прокричал ей в ухо:

— Хорошо пляшешь ты, девка! Не видал я тебя раньше. Как тебя звать?

Она ничего не ответила, остановилась, тяжело дыша, не взглянув на него, пошла прочь с поляны. И вот тут-то Игнату бы отвернуться да продолжить весёлый пляс, но что-то заставило его задержать взгляд на удаляющейся женской фигуре, что-то поманило его пойти следом за ней. Что это было? Обычное любопытство или мужской интерес? Игнат и сам потом не мог понять. Девушка шла быстро, а миновав поляну, и вовсе перешла на бег, будто хотела скрыться от него.

— Эй, постой! – крикнул Игнат и побежал следом за ней.

Она бежала не к деревне, а в сторону леса. Земля здесь ещё не просохла, и брызги грязного месива летели во все стороны от топота тяжёлых мужских сапог. Нарядная рубаха Игната скоро вся покрылась ошмётками грязи, но он всё бежал и бежал, пытаясь догнать загадочную беглянку. В лесу она сама вдруг остановилась, развязала алый платок и небрежно бросила его на землю. По плечам рассыпались длинные чёрные волосы, они блестели и кучерявились на концах. Игнат остановился в нескольких шагах от девушки и почему-то задрожал. Хотелось подойти и зарыться лицом в эти густые красивые локоны.