Книга Отвергнутая, страница 123 – Екатерина Шитова

Мы пошли к старейшине. Изба Всемиры стояла у самого леса, а другие избы Общины теснили друг друга и тянулись до самых предгорий. Я любовалась природой, простотой и красотой этих мест.

Тут и там поднимался дым из труб, а снег ярко блестел на солнце. Я никогда не видела такого кристально белого снега. В городе снег грязный, и его очень мало. Здесь же суровая зимняя красота просто завораживала днём, а вечером звёзд было так много, что казалось, что они медленно спускаются с неба прямо в руки.

На улице, несмотря на мороз, играли дети, лаяли собаки, кричали петухи. Община жила полной, шумной жизнью. Невзирая на то, что я волновалась и ноги путались в подоле длинного сарафана, а плечи ломило от тяжести тулупа, я вдыхала морозный воздух с праздничной легкостью и смотрела по сторонам. Мне казалось, что здешний воздух сам по себе способен исцелять больные души – такие, как моя.

Всемира шла быстрым шагом по узкой тропинке, я семенила за ней. Здесь не было транспорта, только лошади, запряжённые в сани, на которых мужчины и женщины ездили в лес за дровами.

По пути с нами здоровались все встречные прохожие. Молодые парни с большим интересом заглядывали мне в лицо. Все уже знали, что у Всемиры живёт приезжая девушка. А также о том, что у приезжей ярко-рыжие волосы, что здесь редкость – так сказала Марьяна. Поэтому я здоровалась и улыбалась всем встречным людям, как будто каждого из них знала лично.

* * *

Дом старейшины был больше, чем все другие дома и напоминал двухэтажный резной терем. Кто бы мог подумать, что среди непроходимых лесов можно увидеть такую красоту!

Всемира тихонько постучалась в дверь, которую сразу же распахнула молодая черноволосая девушка, похожая на Ярослава. «Наверное, сестра», – подумала я. Она широко улыбалась, показывая кривые зубы.

— А батюшка заждался вас, тётушка Всемира. Проходите. Скидывайте с себя телогрейку да оставляйте на лавке, я тотчас уберу, – девушка суетилась, было видно, что она взволнована и расстроена одновременно, несмотря на широкую улыбку, глаза её были красные от слёз. – Не помогает ему ваш отвар. Всю ночь промучился, простонал. Ох, тётушка Всемира, что и поможет ему, не знаю.

— Не плачь, дитя, ты и сама знаешь, что ему поможет. Скоро уже придёт время – остались часы… Вам с Ярославом нужно быть сильными.

Девушка всхлипнула, потом внимательно посмотрела на меня.

— Это она?

Всемира кивнула и, не сказав ни слова, прошла в соседнюю комнату, показав мне жестом на скамью рядом со входом. Из комнаты послышался тяжёлый кашель. Всемира еле слышно заговорила, я пыталась уловить нить разговора, но мне было плохо слышно.

Через какое-то время Всемира выглянула и поманила меня за собой. Я робко, на цыпочках вошла в комнату. Здесь пахло смесью сухих трав и чем-то затхлым.

Посреди широкой кровати с пологом лежал старик в нарядной льняной рубахе, лицо его было белым и почти прозрачным. Он посмотрел на меня внимательно и серьёзно. Это был Витибор, старейшина Общины. Первый по важности человек здесь после языческих богов.

«Хозяин здешних мест», так называла его Марьяна. Я представляла его себе суровым, мрачным, могучим человеком, но передо мной лежал сухонький, маленький старичок. Власть его, казалось, была сосредоточена во взгляде.