Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 113 – Наталья Русинова

— Пятеро курят ноги поморозили, — расстроенно шмыгала девочка носом.

— Ничего, я их полечу, как до избы доберемся, — улыбнулась Азали. — Главное, что живы остались. А ноги — дело поправимое.

— Тогда лучше сделать это сейчас, — хмыкнула Герда, оборачиваясь. — Потому как оторвет нам тетка головы, что ребенку с чудищами сражаться позволили, и никакого исцеления не получится.

Но Ксения не стала ругать непутевых студиозусов, только поплакала от переживаний с половину часа и еще минимум столько же — костерила на чем свет стоит и змеиную царицу, и ее приспешников, и королевских магов вместе с жандармами, которые «зря хлеб жуют, дармоеды, дети неразумные лучше них с нечистью поганой справляются!»

Ниенна продолжала спать, но руки и ноги ее были теплыми, а дыхание — ровным. Оставалось только ждать.

После удачного исцеления цыплята были отправлены в ящик, который как раз вытащили из подпола. Петух сонно квохтал в корзине, начищая перышки. Марта сидела рядом, осторожно поглаживая его пальчиками по спинке. И молчала.

А потом подняла глаза на Бродди.

— Дядюшка, подари петуха, а? В честь праздника! Смотри, как он меня любит! Я его Забиякой назову!

Петух заинтересованно наклонил голову в сторону стола.

— А вы его потом в суп не пустите? — строго глянул на племянницу Бродди. — А то знаю я, куда предыдущие поголовья птиц деваются в вашем круговороте мяса в природе!

— Его — нет, — с улыбкой ответила за дочку Ксения. — Он с вами сражался, как заправский чародей. И не испугался Марту защитить, даже после всего, что с ним эта гадюка сотворила. Так что, ежели уступишь нам своего пернатого друга, проживет он у нас до глубокой старости и помрет очень нескоро, своей смертью…

— Очень нескоро, — тут же повторила Марта, быстро заморгав, чтобы не расплакаться. А потом вдруг заявила. — Я в столицу поеду, на звериного лекаря учиться! Есть же чародеи, что скотину правят? Я такой же буду!

— Доченька, да ведь чародейский дар не каждому дается! Дядьке твоему просто повезло, больше из его братьев и сестер никто колдовской силой не наделен, — сочувственно взглянула на дитя Ксения.

Марта оттопырила нижнюю губу и горестно всхлипнула.

И вдруг Альбрехт, прикорнувший над чашкой узвара, поднял голову.

— Эй, малявка, а ну-ка иди сюда.

Девочка подошла, робко косясь на боевика в рваном мундире и с перебинтованной головой. Замерла на лавке и Герда. Что он делает?

Альбрехт же сделал и вовсе неожиданное для друзей действо — протянул ладонь и ласково погладил девочку по голове, чуть задержавшись на макушке.

А потом улыбнулся уголком жесткого рта.

— Матушка моя, Амалия Вельф — урожденная Мирбах и происходит из древнего рода целителей. Дар ее очень могуч, и потому моя магия тоже сильна, не только по отцовой линии. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Девочка на всякий случай кивнула. Хотя по глазам было видно, что ничегошеньки она не понимала.

— Так вот, хоть и стезя моя военная, и служу я стихии Ярости, но кое-что от талантов мамы все же имею. Например, отлично чую скрытые зачатки дара у маленьких детей.

Марта замерла под его ладонью, боясь даже дышать.

Альбрехт заговорщически ей подмигнул, снова провел рукой по волосам и повернулся к Ксении.

— Будьте с супругом готовы через пару-тройку лет отвезти дочку к нам в Академию для установления потенциала силы, госпожа. Ваша девочка имеет все задатки к тому, чтобы ее мечта сбылась. Просто нужно подождать, пока она подрастет и ее дар выровняется.