Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 12 – Наталья Русинова

После занятий она не пошла на ужин, решив подумать в тишине комнаты обо всем произошедшем. Но не успела даже присесть, как дверь распахнулась, и показалась Герда с двумя кружками чая.

— Держи, — сунула она напитки, а затем с ухмылкой вытащила из-за пазухи пирог. — Мягонький, яблочный, свежеспертый с кухни.

И, не дожидаясь вопросов, тихо покаялась.

— Прости меня, ласточка. Честно, думала, ты башкой в пещерах шибанулась или еще чего. А потом поняла, что правду говоришь. Эдгар живой… но какой-то другой.

— В смысле? — удивилась некромансерка, расчищая стол под кружки и угощенье. — Я его два часа назад видела, такой же смазливый и самодовольный.

— Это верно, — с тоской кивнула Герда. — Только он того… к бабам не пристает. Совсем. Даже за задницу никого сегодня в столовой не ущипнул. Лиленка с пятого курса хотела его в гости зазвать — не поверишь, отказался. Говорит, выспаться хочется в одиночестве, бока болят от сегодняшнего забега по лесу… Ты представляешь?! Да у него, охальника, причинное место скорее заболит, ежели к какой-нибудь бабе дольше пары дней не наведается!

Валькирия задумчиво почесала нос и присела в кресло, смахнув с него старые свитки, изображавшие тело человека в разрезе.

— Нет, голубка, что-то неладное происходит в нашем славном заведении. И жопа моя чует — быть беде. И надо подумать, как эту беду предотвратить, не говоря наставникам. Потому что, если ты правильно все поняла, вражиной подлой может оказаться любой из них…

*

Ночь укутала славный столичный город Ахенбург густым синим покрывалом с шитыми золотом звездами. Окрестности словно замерли, растворившись в тишине, и лишь в крохотной комнатке на седьмом этаже башни некромансерского факультета горели огни.

— Эльфы, — с презрением скривилась Герда, отодвигая от края стола опустевшую кружку. — Больше некому. У них это, можно сказать, дело принципа, пакость честному люду сотворить. Помяни мое слово, голубка, если чуешь нехороший душок дерьма в деле, присмотрись повнимательнее, и увидишь торчащие из навозной кучи острые ухи…

— Герда, это расизм! — фыркнула Ниенна, вытирая рот от крошек. — Где твоя толерантность и терпимость?

— Подруга, ты мне такие шуточки брось, — тут же сурово нахмурилась валькирия. — Я не из этих, толерантнутых. Я мужиков люблю, вот чего. Нормальных, плечистых и крепких, которым бабьи сиськи нравятся, а не… Тьфу, пропасть.

Она сплюнула в открытое окно и плюхнулась задом на подоконник, подтянув колени к груди. Клинок в ножнах слабо звякнул о стальную створку.

— А остроухие, скажу я тебе, очень даже при чем. Знаешь, что было на месте нашей Академии шесть сотен лет назад? Лаборатория тут стояла большая, они в ней опыты над людьми ставили кровавые. Останки в ямы сбрасывали и закапывали, как придется, и хоть бы одна собака крест могильный в землю воткнула! Я хоть и видела тех богов в причинном месте, ибо никто из них с небес не сошел, чтобы детей своих земных от издевательств мерзких тварей защитить, но все же это не по-людски как-то. Не отпели, не оплакали, ничегошеньки.

— Ужас какой, — Ниенну передернуло. — Думаешь, хотят напасть на замок и территорию оттяпать? У нас же вроде хоть и шаткое, но перемирие много лет…

— Это пока они силу не набрали. Справно мы им наподдали в свое время! Да и сейчас ни армия, ни маги зря свой хлеб не едят и пузо шире задницы не растят. Академия укреплена почище сокровищницы лепреконов! Снаружи в замок не проникнуть, а вот изнутри открыть ворота и впустить врага можно запросто. Не просто же так околдовали самого первого, кто за кубком пришел. Пролез по пещерам — пролезет и мимо ночной стражи, тем более, если они свои, и угрозы от сокурсника не ждут… Понять бы, кто за этим стоит из наставников!