Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 41 – Наталья Русинова

— А что же вы, дедушка, здесь сидите, а не на празднике пляшете?

— Так нечем мне, миленькая, — добродушно улыбнулся старый Ероха, задирая штанину. Вместо левой ноги у него была деревянная культя.

Ниенна едва не прикусила себе язык со стыда. Тут же начала извиняться.

— Да ничо, внученька, я не обидчивый, я и отсюда вижу хорошо. Как будто сам там пляшу.

Он наклонился к плечу некромансерки и заговорщически шепнул.

— Скажи чародеям своим, чтобы у местных парней ничего съестного не брали, а то понос прохватит, ни одно заклинание не поможет. Местные обижены на них, видно сразу. Ну ничо, дело молодое, приятственное. Когда еще морды друг другу из-за девок бить? Не в старости же, когда ни ног, ни зубов, хе-хе.

И дед меленько рассмеялся, а следом за ним и Ниенна.

— Скажите, а почему у вас отца-благодетеля в городской пансион не отправят? — вдруг решилась она спросить. — Глухонемому самое место в тепле под присмотром сиделки, а не в молельном доме. Он, поди, и не помнит, как печати на жальниках обновлять. Того и гляди, упыри из могил полезут.

— Не полезут, — помотал головой дед Ероха. — Туточки земля такая, ни мертвым, ни полуживым хода из нее нет. Держит она крепко померших испокон веков, сами не встают. Ежели только кто-то им не поможет…

И взглянул так, что Ниенне будто острым когтем по затылку провели, аж в дрожь кинуло.

— Я не собираюсь такой пакости делать, — тут же открестилась она. — Некромансия наука сложная и страшная, силе нашей строгий контроль нужен. Я только упокоиваю мертвецов с нечистью всякой… да душ сколько-то на тот свет перевела один раз.

И сердце будто сжала невидимая ледяная рука. Зачем чужому деду такое говорить? А ну как начнет выспрашивать подробности, которые до сих пор вспоминать страшно?

Но старый Ероха лишь кивнул.

— Славная ты девчушка, вижу. Вот и держись к нам поближе, за околицу не ходи, пусть мужики ваши сражаются. А твоя сила иная, она мертвое с живым поменять местами может, а драться ею не слишком сподручно.

И снова Ниенне стало не по себе. Откуда дед этот выискался, такой умный? И не утерпела, будто за язык кто дернул, спросила.

— Дедушка, как считаете, вот это чудище, что девкам сердце вырывает, живое или неживое?

— Живое, лапушка, живое, — и Ероха с видимым расстройством пожал плечами. — Будь оно неживое, справились бы легче… Так что берегись, не твоя это битва, не хватит у тебя силушки. И в церкву лучше не суйся, на плохом месте она стоит. Отец-благодетель тебя от кровопивца не спасет в случае чего.

— Не буду, — пообещала Ниенна.

Довольно прищурившийся старик не заметил, как озорная девчонка скрестила за спиной пальцы.

Конечно, она постаралась замести следы. Сходила на площадь, послушала гусляра, купила у подошедшей торговки маковый калачик. Посмеялась от души, увидев, как Эдгар за углом старостиной избы втюхивает доверчивым местным парням приворотные зелья. Теперь деревенские смотрели на него с восхищением и немного с опаской. Небось, уже пообещал, что девки косы друг другу станут драть за внимание столь желанных кавалеров.

Улочка кончилась у берега реки. Вправо через небольшое репище вела дорога к церквушке.

«Тут недалеко, — успокаивала себя Ниенна. — Если что, пошлю сигнального дракончика, Герда мигом примчится!»