Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 87 – Наталья Русинова

Пока закусывали клюквенный глинтвейн свежайшим пирогом, что умопомрачительно пах всеми сладкими подарками на свете, петух и вправду задремал, нахохлившись в корзине. Азали с Бродди чинно сели рядышком, не касаясь друг друга, словно на экзамен пришли. Боевик не сводил тревожного взгляда с петуха.

— Держать надо? — шепотом спросила Герда.

— Не надо, он ничего не почувствует, — тихонько ответила Ниенна, поглаживая птицу по спинке. Петух было напрягся под чужой рукой, но тут же захлопал осоловелыми глазами-бусинками, сладко зевнул и сунул голову под крыло.

Некромансерка забормотала себе под нос длинную и ужасно нудную формулу, надеясь, что в процессе не перепутает слова местами. А то мало ли? Добро, если пернатый лишится хвоста, а вдруг жизни? И без того натерпелся.

Но нет, через несколько минут веки и у нее начали слипаться, а на языке появился привкус макового молока. Ниенна вдохнула и резко выдохнула, проваливаясь в транс.

Перед глазами тут же заплясали кривые и плохо ошкуренные доски сарая, качнулась куча сена в углу. Железная столешница, к которой прижимали петуха, неприятно холодила пернатое брюшко.

— Госпожа, вы точно ведаете, что творите? — раздался над головой дребезжащий голос. Это же тот самый торговец, который яйца золотые продавал!

— Ты, червяк навозный, в чем смеешь сомневаться, в моих способностях или моем разуме? — ласковым, но очень нехорошим тоном отозвалась стоящая рядом женщина в темном закрытом платье.

В ответ раздалось лишь испуганное кваканье.

— Госпожа, смилуйтесь! Я же за благополучный исход дела переживаю, чтобы вам было хорошо, чтобы поправились вы, наконец!

Петуху тоже было страшно. Обаяние неведомой бабы на него не действовало. Да и трудно испытывать добрые чувства к тому, кто одной рукой вдавливает тебя в стол, а второй больно оттягивает в сторону левое крыло.

— Красавец, — проворковала тетка в черном. — Надеюсь, он будет сильнее двоих предыдущих. Иначе я этот эксперимент никогда не завершу и сил не наберусь. Повтори еще раз, что ты должен сделать?

— Заплатить взнос в торговое казначейство за палатку на центральной ярмарке Ахенбурга, отнести туда лукошко с яйцами и пернатую скотину. Предварительно выкрасить его, как сказочного. Цену не ломить, зазывать честной народ, стараться, чтобы зеваки взяли в руки хоть одно яйцо, дальше ваше калдунцтво все само сделает, — забубнил торговец.

— Правильно, — низко мурлыкнула женщина, словно большая кошка. — В этот раз адептов и взрослых магов не трогаем, сил пока что маловато с ними справиться. Было бы лето, другое дело… С помощью моего заговора яйца благополучно попадут к тем, кто слаб и для обучения колдовству не годится. Но магия в них есть, просто немного, капля-другая. Однако из нескольких десятков капель выйдет кружка живительного эликсира. На первое время мою жажду она утолит, а к середине весны в лес переберемся, отловим пару ведьм, потом заманим в чащобу колдуна с дипломом. Хорошо бы женщину, тогда я ее грамоткой воспользоваться смогу, личину чужую натянуть — дело нехитрое…

Ниенна слушала, и тревожные пупырышки ползли по рукам и спине. Еще одна полоумная? Некромансер Сапек, желавший достать проклятый клад, вырывал девкам сердца, а эта кикимора жаждет набраться чужой магической силы? Теперь сомнений не оставалось: запугавшая и петуха, и мужика гадина явно не человеческого происхождения. Вытянуть из кого-либо даже спящий колдовской дар могли лишь некромансеры, и то на старости лет после потери разума. Тетка же строила коварные планы очень здраво, на умалишенную совершенно не похожа. Просто очередная мерзавка, желающая стать сильнее за счет других.