Книга Здесь водятся бесы, страница 64 – Снежана Каримова

День остался в одиночестве и смотрел парочке вслед, пока они не скрылись в кабинете.

В Жар-птице парни видели только еще одного дружинника. Для Феникса она была младшей надоедливой сестрой, для Ночки – подругой детства, для Горыныча – одноклассницей, для Кощея… А Кощей, флегматик по натуре, похоже, никогда не испытывал нормальных человеческих чувств, отрабатывая свое прозвище по полной.

И День каждый раз, когда смотрел на Жар-птицу, чувствовал себя чуть ли не предателем.

Жертвовать дружбой ради любви?

Нет.

Остальные в Дружине наверняка не простят. Будет неловко…

И от этого еще больше бесило поведение самой Жар-птицы, как она бегает за Горынычем. Ну ведь бегает же! Это точно! Ему не кажется!

А больше всего раздражал сам Колька – тем, что не замечает очевидное. Или делает вид, что не замечает? Возможно, он рассуждал примерно как День: дружба или любовь? Но, судя по всему, Горынычу дороже всех был Ночка.

И это тоже выводило Демьяна из себя. Почему ему приходится делить с Горынычем всех своих близких людей?

Даже маму.

Весь учебный день Демьян не мог выбросить кошку из головы. Она что, вправду будет ждать его до конца занятий, а потом пойдет с ним домой? День даже подумывал сходить к Найденышу на большой перемене, но решил все-таки не заморачиваться. Это уличный зверь, и сейчас он в своей стихии, а День ведет себя как курица-наседка. И Дружине что сказать? «Я взял с собой в школу кошку и теперь бегаю ее проверяю?» Чепуха. Они ответят, что он хорошо живет, раз у него такие проблемы.

Алла Андреевна, которую за глаза все звали просто Аллочкой, заболела – по осени начался традиционный простудный падёж, и уроки, к удовольствию выпускного «А» класса, закончились раньше.

На крыльце День и Ночка попрощались с Кощеем, который жил в другой стороне, но Демьян не спешил уходить. Он топтался у дверей и озирался по сторонам.

— Что-то ищешь? – спросил Ночка, наблюдая за другом.

Тот сбежал по ступеням и заглянул под крыльцо.

— Кошку свою, – наконец сознался День. – У меня теперь кошка.

— И ты с ней ходишь в школу? – не понял Ночка.

— Это она со мной ходит. Вернее, за мной. Прибилась и преследует теперь. Я предлагал ей остаться дома, – развел руками День.

— Не понял. Ты предлагал кошке остаться дома, а она пошла с тобой в школу? Как-то не по-кошачьи, – усомнился Ночка.

— У меня это первая кошка, так что я в них не спец, – пожал плечами День.

— А зачем мы тогда Кощея отпустили? Он же спец! – хмыкнул Ночка. – Значит, свежеиспеченный кошатник, это у меня синдром спасателя? Ладно, давай за школой посмотрим.

— Ну вот видишь, – хохотнул День. – Твой синдром снова в деле!

— Я просто покурить хочу, – фыркнул Ночка.

— Ты же вроде бросал? – заметил День.

Он не одобрял вредную привычку друга. От его куртки потом тоже несло сигаретным дымом, и Белая мама уже несколько раз устраивала обыск. А кому понравится, когда шарят по карманам и рюкзаку?

— Брошу в следующей школе, – отмахнулся Ночка.

Друзья зашли за угол. Сначала в глаза Демьяну бросился гордый Лешка с улыбкой до ушей. Потом он перевел взгляд на девчонку. Это была одноклассница брата Лиля, а Ночка звал ее как-то смешно, кажется, Аукой, и говорил, что она дух пустых школьных коридоров. Сейчас дух прыгал вокруг Мурки-Найденыша, пытаясь вовлечь кошку в игру конфетным фантиком, но та сидела равнодушно и лишь поглядывала на блестящую обертку, маячащую перед глазами.