Книга Бес с тобой, страница 126 – Александра Ермакова, Анна Абрамова

Бес

Уже несколько часов сижу в машине напротив дома Арины. Свет в лавке не горит, но зато окна второго этажа, подёрнутые лёгкой занавеской, не скрывают света. Мелькают тени.

Упорно убеждаю себя, имею право проверить мелкую. Поставить точки над «i». В конце концов, заставить вернуться, но натыкаюсь на горькую правду — отныне Рина — свободная девушка. Это право ей дало государство. Я сам, в тот момент, когда разграничил наши жизни.

Эгоистичная часть меня разыскивает тысячу и одну причину, чтобы вернуть мелкую себе, но они разбиваются о единственно трезвый аргумент жить отдельно друг от друга — правильно и разумно.

Поэтому сижу, курю, и подыхаю в конвульсиях собственного цинизма, в судорогах желания и яде бессилия.

Ощущаю себя маньяком, с утра поджидающего жертву. Рина выходит, но не одна. Уже с братьями. Дэвид и Матвей… Хорошие парни, верные друзья. Пытаются её веселить: дурачатся, дерутся, пихаются. Арина всё равно грустная, но улыбку скупую держит.

Парни шутливо толкаются, а потом за рюкзак и сменку мелкой стараются друг у друга перетянуть.

Рина сама потасовку разбивает — одному вручает мешок, на другого выгружает рюкзак.

Пацаны даже по этому поводу устраивают спор. Подзуживают, пинаются, а я смотрю… Сижу в сизом дыму сигарет, которые смолю беспрерывно, чтобы хоть чем-то успокоить Беса, и внимательно слежу за девчонкой.

Гордая спина, хрупкий стан, длинные ноги. На улице довольно тепло, но ветерок есть. Он треплет распущенные волосы мелкой.

Ребята доходят до поворота. Рина замирает, а увлечённые перепалкой братья не замечают её заминки на самом углу дома. Скрываются из вида — мелкая оборачивается. Обшаривает взглядом округу, пустующие улицы, редкие машины, пока не тормозит на моей.

Она не может знать, что это моя. Как и не может меня увидеть!

Новая тачка, лёгкая тонировка — для человека с плохим зрением на такой дальности, детали не рассмотреть. Но всё равно кожей ощущаю её взгляд. Укор, обиду и пустоту…

— Прости, мелкая. Прости…

И она прощает, уходит.

* * *

После срочного звонка босса еду по делам, а потом он к себе требует. Когда лавка будет пустовать?

— Скоро, — размазываю ответ, понимая, что медлить нельзя.

— До меня дошли слухи, что девчонка тебе доверяет.

Неожиданный поворот разговора.

— Я бы так не сказал. Скорее держалась, как за змею, не имея под рукой ничего лучшего для выживания.

— Могу я узнать причины твоей озабоченности? — пронизывающий взгляд упирается в меня с невозмутимостью безжалостного зверя. Пастырь перебирает бумаги на столе:

— Я говорил, мне семья понравилась.

— И потому ты тратишь всё, что у тебя есть?

— Мои финансы — мои дела.

— Знаю, — холодно, но многозначительно, — ты как никто из ребят научился не тратить сбережения, а удачно вкладывать в недвижимость.

Да, есть такое. Леваком получается. Народ разный попадается, долгов много, а квартиры — удачное средство для расплаты по большим счетам. Вот так и выходит — покупаю дёшево, выставляю дорого. Висит… пусть! Рано или поздно продаётся. А это хорошие суммы. И их, в отличие от многих братков, я не трачу на клубы, казино и баб. В разумных пределах хватает на всё, на игрушки тем более.

«Бугатти» — не на кровные куплены. Такие деньги если и видел, то не в своём кошельке. Я её в споре выиграл. Кровью добыл.