Онлайн книга «Бес с тобой»
|
При этом Пастор — редкий человек старой закалки, верящий в силу знаний и почитающий бумажные издания. Сотни томов, от научных трудов до обычных романов, поэм и сборников стихов призванных классиков жанра. Стол тоже порядком завален бумагами, папками и прочими канцелярскими вещицами. Даже странно, что такой персонаж, как Нестор Львович не понимает мотивов Когана. Они примерно одной эпохи. Пережили многое. На ноги вставали сами. Да и увлечение у них схожее — коллекционирование древнего и редкого. Хотя, возможно, из-за своей недалёкости я упускаю нечто важное. — Коган — едва ли не последний из района, кто отстаивает своё право на участок. Там его жизнь… — не пресмыкаюсь, за что и заслужил уважение Пастора. — Когда бы тебя это волновало? — босс откидывается на спинку кожаного высокого кресла. Локти на подлокотники, старческие ладони с длинными пальцами, на одном из которых массивный перстень, складывает домиком. — Он не изменит своего решения, — решаюсь на признание. — Тогда смысл было перебивать цену? — не даёт спуску Пастор. — Притупить бдительность и дать время подумать… — вальяжно растекаюсь по стулу, ноги чуть шире вытянув по ковру. — Но ты же сказал, что он не передумает, — напирает босс. — Подумать мне… Порешить всегда успеем, а я бы хотел уладить вопрос полюбовно. Так что прошу дать мне время. Я придумаю, как его обработать. — Не припомню за тобой такого рвения. — Избавлять мир от пустоты и гнили — одно, а от подобных Когану — другое. — Еврей, как еврей… — Я не нацист, мне нет дела до его родовой принадлежности, я говорю про другое. Пастор озадаченно прищуривается. Губы сильно поджимает и несколько минут просто молчим, изучая друг друга на расстоянии. — Неделя, — озвучивает вердикт. Бурной радости не выдаю. Благодарно киваю: — Постараюсь управиться, — поднимаюсь, но уже у дверей меня нагоняет: — Не уладишь миром — устранишь! — Не вопрос. * * * Не знаю почему, но еду не домой — обратно к лавке Когана. Торможу напротив и наблюдаю. Редкие посетители — добродушные и учтивые. Один — явно воришка, но только заглядывает, тотчас выходит, пряча голову под капюшон толстовки, руки в карманах грязных джинсов, потрёпанные кроссы. Видать, наркоман. Исмаил Иосифович неторопливо перебирает товары, прохаживается по магазину, поправляет антикварную продукцию. Табличку «закрыто» устанавливает с пунктуальностью, которая добавляет плюса в моих глазах — скрупулёзность и педантичность — достойные качества для любого бизнесмена, да и просто воспитанного человека. Вечереет быстро, тени ползут по проулкам и дорогам, опускаются на землю. Свет из окон, витрин цветными софитами бьёт по глазам, но я даже вздремнуть успеваю. А потом и внучка старика появляется с двумя парнями. Братьями, если глаз не обманывает. Похожи, но не как две капли воды. Двойняшки… Парни расположены к девушке, а она с ними хоть и кокетничает, но не развратно, а… невинно и по-дружески. Только свет гаснет, и я еду домой. На следующее утро — я на месте, ещё до ухода Арины в школу. За ней предсказуемо ребята заходят. Они прощаются с дедом и, подшучивая, подзадоривая друг друга, ретируются в сторону ближайшей школы. Вот так и наблюдаю за семейством Коган. А если учесть, что папку с личным делом на антиквара нашёл, когда сел в машину, то ясное дело — мне есть, чем заниматься в пробелы дня. |