Книга Игрушка подводного Принца. Часть 1, страница 65 – Александра Ермакова

— Пап, — я даже покривился. — Она не знает, как выбраться с острова! И ты её не знаешь. Она упрямая, честная… она живая и открытая…

На этом умолк. В сознание ворвался вопль Мирэи. Такой пронизывающий, что я подскочил словно от удара электрического ската.

— Рэя! — бросился прочь, даже не попрощавшись с отцом. Его голос меня нагнал уже в проёме дверей:

— Ты куда?

— Она в опасности! — всё, что успел бросить ему, вместо толкового объяснения и в следующий миг покинул кислородный карман дворца. Теперь я точно знал, что Вал, как бы не требовал избавиться от Мирэи, уже понимал меня. А значит, у меня ещё было время… побыть с непокорной человечкой.

Глава 13

Мирэя

Я гребла изо всех сил к берегу, но волны меня, как назло, сносили дальше. И без того накрывало паникой, так она моментом перешла в неописуемый ужас, когда я увидела акулу. Она уже круги написывала вокруг меня… Меня едва не парализовало от пронизывающего страха, сердце замирало, но я сражалась до последнего.

Бросила взгляд за спину: верхний плавник акулы, прорезая воду, уходил под неё.

Акула атаковала!!!

От ужаса я завопила и не бога звала, а Тайфуна. Понимала, что глупо это. Нелепо… Простилась с ним, повинилась и даже в глупости своей затянувшейся призналась. И когда сердце удар пропустило, а руки от бессилия уже не гребки делали, а заторможенно шлёпали по воде, я позволила океану меня поглотить с очередной обратной волной.

Я нашла решимости встретить смерть лицом и обернулась к хищнику.

Всё как в моём самом жутком кошмаре. Огромное тело, чёрные бусины безжалостных глаз. Острая морда с сотней зубов.

Секунды до кровавой и болезненной смерти отсчитывало короткими толчками сердце. В момент, когда хищница пасть распахнула меня цапнуть, её от меня отрезала мощная голая спина. Я судорожно дёрнулась на поверхность, хватанула воздуха жадно. Мысль, отчаянно бьющаяся в черепушке, побуждала опять нырнуть, но я не успела. Лишь плавник уплывающий акулы краем глаза заметила и тотчас передо мной голова Тая вынырнула:

— Ты что творишь? — было понятно его негодование.

Я бы огрызнулась привычно, буркнула или послала прямо и надолго, но была настолько счастлива ЖИТЬ: его видеть, услышать, коснуться, что, забыв о стыде и воспитании, бросилась на Тайфуна. Повисла на крепкой шее, ногами обвила корпус:

— Тай, — проскулила молебно, в глаза волшебные и гипнотические глядя, — я так рада, — проклацала зубами от холода отходя и естественно после шока.

— Ты нарочно? — прищурился амфибия, окатывая недовольством.

— Ты о чём? — недопоняла, тотчас порядком растрепав порыв обниматься.

— Какого дьявола тебя занесло в океан одну?

— Я… — плюх-плюх хлюпала вода по нам и между. От промёрзлости уже конечностей не ощущала: да руки бы уже, наверное, расцепила от обиды. Чего не хватало — Тай выговаривал, а не радовался, что я цела-невредима! Да только от холода их сковало, вот и продолжала бултыхаться на шее амфибии, точно приклеенная:

— Я… — губы поджала, слова верные подыскивая. Чтобы оправдаться, но при этом не оправданием звучало. — Изучала первую пещеру. Нырнула, а оказалась в открытом океане, — правда оказалась вполне достойным вариантом. — Не ожидала, что волны меня подхватят. А потом акула…

Он меня заткнул жадным, голодным поцелуем. Впечатал губы в мои леденющие и дрожащие так грубо и порывисто, что зубами столкнулись. Молния по телу прогулялась, ударила в голову феерией чистейшего удовольствия, вмиг вышибая остатки разумных мыслей из дурной, сильно подмороженной головы. И я ахнула от неожиданности: от бури новых, жарких ощущений. Вцепилась судорожней, страшась, что отпустит — насильственные объятия разомкнёт, и тогда я точно утону. Подохну от пустоты, холода и одиночества.