Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 208 – Александра Ермакова

— Андрюш… — стону, ища спасительные губы мучителя.

— Ивакина, — неровно шепчет Андрей, выстраивая дорожку короткими поцелуями… шея, ключицы, тяжелая грудь… зарывается носом в ложбинку между: — Ты хоть представляешь, как красива? Как пахнешь? Мм-м… — не то скулит, не то мычит. — Требовать от меня невозможного — быть рядом, но не трогать… Витуль, прости, я чертовски слаб! Понял, когда столкнулся с тобой в Москве.

— Ты о чем? — погружаю пальцы в волосы Зепара. Взъерошиваю, чуть сжимаю в кулаках. — Все время твердил, что я не в твоем вкусе…

— Безбожно врал, — озадачивает новым признанием и прикусывает сосок через кружево лифа. Задыхаюсь от экстаза, прогибаюсь навстречу. Не отвечаю за собственные поступки — суматошно изучаю тело Андрея, неверными руками расстегиваю ширинку брюк:

— Зачем? — срывается с онемевших, чуть припухших губ. Вопрос улетает в пустоту. Зепар приподнимается, несколько секунд ласкает взглядом, впивается грубым поцелуем и также стремительно садится.

— Ты одна из немногих, кто носит чулки, — чуть слышно бубнит, наглаживая мои бедра. Останавливается на резинке, ловкими, но неторопливыми движениями снимает один, с той же неспешностью повязывает на моем запястье. Переключается на вторую ногу — через несколько секунд еще один чулок оказывается на другом запястье.

— Андрюш… — подрагивает волнительно-возбужденно мой голос. Немного пугает непонимание происходящего. Зепар затыкает очередным скоротечным поцелуем:

— Хорошая моя, как же я люблю, когда ты шепчешь мое имя. Не назидательно, а томно, молебно, с неподдельным чувством моего превосходства… Или более страстно, когда кончаешь… полукриком «Зепар»! Клянусь, готов сорваться, так что лучше не дразни меня, не торопи, а то накажу вон той, — неопределенно кивает через плечо, — плеткой, а в рот вставлю валяющийся по соседству кляп. А я этого, ой, как не хочу, — качает головой, но в глазах играет демонически задорный блеск. — Тащусь, когда кричишь в голос. Люблю слышать, что доставлю тебе удовольствие…

Переводит взгляд на мою грудь, болезненно взбухшую. Еще в бюстгальтере, но уже с откровенно оголенными, дерзко торчащими сосками. Мучительно долго изучает пальцами изгибы, контуры, восхищенно сжимает, словно проверяет на тяжесть и упругость… Возвращается к ложбинке. Ловко наматывает галстук на кулак в пару оборотов и рывком тянет наверх. От неожиданности вскрикиваю и, дико вытаращившись на холоднокровного Андрея, следую за удавкой. Мелькает шальная мысль: убьет вот так? Зепар не выпускает черной змейки, явственно наслаждается победой. Он — всемогущий господин, а я — его смиренная, кроткая раба. Побуждает опять обвить его торс ногами и с легкостью встает с постели, удерживая на себе:

— Куда?.. — испуганно шепчу.

— Вниз, — усмехается Андрей — уголок губ ползет вверх, — там больше простора, удобства и всяких безделушек… — рывком снимает одеяло с постели и кидает на пол.

— Я не хочу… — бормочу, едва не крича от ужаса, но тотчас затыкаюсь — Зепар, натягивает удавку сильнее, перекрывая доступ к кислороду. Глаза стремятся вылезти из орбит. Еще секунда — начну судорожно биться в конвульсиях, вцепляюсь в широкие плечи, но вместо небытия захожусь кашлем — хват ослабляется, и я жадно хватаю воздуха:

— Зачем ты так?..