Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
Несмело заглядываю. Зепар, прислонившись спиной к постели, сидит на полу в наспех одетых джинсах — пояс, ширинка не застегнута. Спокоен. Задумчиво смотрит на большой плоский настенный телевизор. — Андрюш… — чуть слышно подаю голос. Зепар с некоторой отрешенностью во взгляде поворачивается. — Я тебя настолько не удовлетворяю, что решил не спать, а порнушку смотреть… — неуверенно предполагаю. — Нет, милая, — нежно улыбается Андрей и кивает на телик: — Смонтировал кое-что. Любуюсь… — Перевожу взгляд на экран и не сразу понимаю, что вижу… свой кабинет… нас с надзирателем, в тот момент, когда мы… — Ужас! — опешиваю. Робко прохожу в комнату и останавливаюсь рядом с Зепаром, не сводя взгляда от эротической сцены в телике. — Ты же обещал уничтожить запись. — Заливаюсь краской, кутаюсь сильнее в ткань. — Ч-ш-ш, — тянет за край простыни Андрей и нежно усаживает меня на себя верхом, но лицом к экрану. — Выключи… уничтожь… — бормочу стыдливо, порываюсь отвернуться. — Гляди, — настойчиво шепчет Зепар, удерживая за подбородок и вынуждая смотреть. — Мне интересно, ты видишь то же, что и я? — Не понимаю… — трясу головой, но глаз не отвожу. — Это восхитительно… Боже! Какой позор. А еще… правда возбуждающе прекрасно. Нет ничего мерзко- вульгарного. Да! Парочка ведет себя чуть развратно, но в тоже время очень пристойно, можно сказать, эротика в рамках цензуры. Нет грязи и пошлости дешевых порносъемок. Каждый жест пронизан чувствами, не наигранными эмоциями. Между любовниками связь не только низменная, — слиться воедино, — но и иная, которую нельзя объяснить, зато не увидеть невозможно. Как бы ни пыталась себя убедить в обратном — действо завораживает. По коже бегут щекотливые мурашки, разгорается жар, прокатывают теплые волны, заставляющие сердце биться стремительней, яростней: дрожать, ощущая каждой частичкой тела ураган, зарождающийся внутри. Уставшая, измученная, сонная… Нет, это не обо мне. Вновь горю, желаю, таю… Зепар точно улавливает мое возбуждение, почти незаметно ослабляет простынь, приспускает. Обхватывает горячими ладонями мою отяжелевшую грудь и сжимает. Не в силах сидеть обездвижено, льну спиной к жаркой груди Андрея, словно кошка ласкам хозяина. Тело не контролирую, оно само требует, чего хочет, я всего лишь безропотная раба, давно согласившаяся на негласные правила господина. Зепар внимателен, нежен, неспешен — его руки скользят с нескрываемым вожделением. Проникают, куда заблагорассудится. Горячие губы не пропускают ни миллиметра, умелый язык превращает экстаз в пытку. Покачиваюсь в такт заданному ритму, внутри пекло, но и Андрей хочет — ощущаю его желание. Нащупываю с позволения хозяина, скинувшего с меня, ставшую ненужной материю, и приспустившего джинсы с себя. Обхватываю пальцами, ласкаю, поспевая за его ласками: — Язык может лгать, — шелестит низкий голос над ухом. Невольно прогибаюсь, обвиваю шею Андрея, пальцами зарываюсь в густые волосы. — А вот язык тела — нет, — тихо, но вкрадчиво выделяет каждое слово Зепар. — Для этого нужно быть великим лгуном — владеть в совершенстве плотью. — К чему это? — голова совсем не варит, перед глазами дымка возбуждения. — К тому, моя хорошая, — крепко-интимно сжимает горло Зепар, вынуждая смотреть на экран. Там момент, когда мы с Андреем придаемся животной любви в коридоре, у выходной двери, у стены… Даже темнота не скрывает яростного запала обоих. Звериной похоти, нервных движений, судорожных касаний, диких поцелуев на грани боли друг для друга… шороха летящих вещей… стонов, хрипов, шумного дыхания… |