Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
Бельфегор спит, от мощного храпа даже пещера вибрирует. Рядом с водоемом лежит обездвиженный Ксафан. Морды раскинуты в стороны, пасти распахнуты, языки свисают, веки закрытых глаз трепещут. Черт! Дружок… Приседаю возле него, обследую на ранения. Жив, просто спит. Медлить нельзя. Действие «дыхания» тоже не вечно, скоро Бельфегор проснется и тогда нам несдобровать. Вон, уже начинает шевелиться, мычит… Твою мать! Как поступить? Ксафан так тяжел, что мне его не поднять. Стоп! Я же бултыхался в купальни Бога! Теперь силен… А что, если пса искупать? Более грозный рокот Бельфегора стирает очень удачную мысль. На ее исполнение нет времени. Рывком поднимаю дружка на руки… Вот это да! Он довольно легкий! Наращивая темп, бегу на выход, хлюпая мокрыми кроссовками по каменному полу. Неожиданно громкое эхо предательски долго звучит по витиеватым коридорам, ведь не знаю куда двигаться и потому плутаю словно лис. Несколько раз наугад юркаю в проемы, — хотя на выбор дается штук по пять, — и только выскакиваю из пещеры на просторное каменное плато, раздается злобный, раздосадованный рык Бельфегора. Мчусь еще какое-то время. Ноша не тяготит, но Ксафана нужно привести в чувство. Притормаживаю только, когда выскакиваю на лесистый участок и за минуту прежде, чем замечаю, как одна из голов Ксафана, поднявшись, недоуменно смотрит то вперед-на дорогу, то на меня. Сладко зевает… — Приятель, — радуюсь открыто. Встаю на колено и бережно ставлю уже очухавшегося пса на лапы. Морды в полном смятении — рассеянные взгляды сменяются на восторженные. Восемь глаз уставляются на меня с нескрываемой любовью. Даже неудобно становится. Прокашливаюсь: — Ты, это… — осекаюсь. — Спасибо тебе, — язык заплетается, благодарность получается невнятная, смазанная. Сам себе отвратителен, но как проявить чувства, показать эмоции не знаю. Чешу макушку: — Круто ты… Пес счастливо тявкает и все четыре языка разом проходятся по моему лицу. Смеясь, треплю поочередно, то одну голову, то сразу две — насколько рук хватает, но «глаз мандрагоры» при этом не выпуская. Это наш пропуск на следующий круг! — Надеюсь, ты не брезгливый, — хмыкаю и шустро снимаю штаны, все еще мокрые, липкие и до омерзения холодные. — У меня тут есть лекарство. Ну-ка, ротики открывай. Ксафан, ни секунды немедля, распахивает пасти и с такой преданностью подставляет все четыре морды, что захожусь искренним смехом, но, не забывая выжимать одежду. Пес жадно глотает скудное питье, сиреневые языки проворно подхватывают оставшиеся капли. — Вот так-то лучше, — вновь глажу каждую из голов и спешно одеваюсь. — Силы нам пригодятся. У нас впереди самый страшный демон. Астарот. Передохнув еще немного и уверившись, Ксафан бодр, рискую и подкармливаю из ловушки одним демоном. Который раз благодарю Ваал — дрянь умудрилась и свояков пленить с лихвой. Пока друг чавкает останками демона, рассматриваю новую колбу. Удлиненная пробирка из тонкого стекла с плотно закупоренной пробкой. Внутри зеленоватый порошок. Что ж, ничего нового. План прост! Найти врага, разбить колбу и текать, пока он не очухался. Как только зверь подкрепляется, взбираюсь верхом, и мы трусим прочь, в поисках следующего круга. Глава 16 Уже вскоре перед нами раскидываются первые ряды Злых Щелей, словно застывшие волны океана во время шторма. Нависают над гладкой поверхностью, так называемыми «валами — перекатами». От подножья каменных высот, то есть круговой стены, к центру радиусами идут каменные гребни, подобно спицам колеса. Пересекают валы и рвы, причем, над последними изгибаются в виде мостов или сводов. Жуткая и одновременно прекрасная картина — адская мощь Баатора. |