Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 47 – Александра Ермакова

Планы — грандиозные, главное пережить тренировки. От мысли: буду в отпуске лежать по-пластунски, отдыхая от изуверов-тренеров, наполняюсь необычной силой, но, вспомнив, что Стас летит с нами, — будет следовать тенью, — вновь хмурюсь и расстраиваюсь.

Еще надо домой заскочить. Переодеться для вечера. В салоне красоты сделать прическу. Не уверена, что организованное мужем мероприятие — праздник. Скорее, обязаловка, но по приятному поводу. Хорошо, что Вадим сам все делает. Моя главная обязанность — прибыть в ресторан вовремя.

Стас заканчивает чуть раньше:

— На сегодня все. До встречи в ресторане.

— To есть? — недопонимаю фразы и часто моргаю.

— Отныне я — ваши глаза и уши, — терпеливо поясняет инструктор. — Домой заскочу, соберу вещи и буду охранять вас днем и ночью, — осекается и уточняет: — Разве вас не предупредили?

— Нет, — растерянно хлопаю ресницами и беру себя в руки: — Уже сегодня?

— Андрей Влацлович рассказал об угрозах и отдал распоряжение. Должен был еще со вчерашнего дня приступить, но мне пришлось…

В голове гудит эхом: Андрей Влацлович… рассказал… распорядился…

— Знаю, — перебиваю упавшим голосом. — У вас мама в больнице. Кстати, — запинаюсь на миг, — как она?

— Идет на поправку, — чуть медлит с ответом Стас, явственно подбирая слова. — Сиделку нанял, теперь буду полностью ваш!

— Отлично… — бормочу, не ощущая радости.

Причины для опустошенности нет, но почему же так грустно и тоскливо?..

Сережка как всегда, будто такси самого дьявола, успевает меня доставлять по местам с педантичной точностью и непостижимой скоростью. Натянув вечернее платье василькового цвета в пол, — открытое, обтягивающее, глубоко декольтированное, — встаю на высоченные шпильки-босоножки и придаю образу роскошь набором из настоящего жемчуга. Колье, увенчанное бусиной-слезой, будто скатывающейся в ложбинку между крупных грудей и серьги с бусинами на увеличение, зрительно удлиняющими шею.

Выделяю глаза черной подводкой, обильно крашу ресницы синей тушью, губы — алой помадой. Щеки и без того румяные. Еще бы, столько бегать, падать, вставать.

В салоне, пока стилист колдует над прической, маникюрша наносит перламутровый лак на ногти. Мастер непослушные волосы укладывает в аккуратную ракушку, оставив только несколько прядок обрамлять лицо. Красоту закрепляет шпильками, лаком и, — вуаля, — я готова к вечеру.

Нужно отдать должное, Сергей, умничка, и здесь не опаздывает — к ресторану «Европа» привозит без пяти восемь. Вхожу с высоко поднятой головой и немного теряюсь. Предбанкетный зал ожидания ломится от людей.

— Добрый вечер, — обращаюсь к презентабельного вида мужчине-администратору. — Я, Ивакина Вита…

— Михайловна, — заканчивает он за меня. — Ваши гости все прибывают, но не волнуйтесь. Проходите в зал, вас уже ждут.

Сказать, что опешила — ничего не сказать. Я в шоке. Недоумеваю, растерянно кручу головой — что это значит? Гости? Мои? Будто в прострации иду к гардеробу.

— Давайте, я, — перехватывает пальто непонятно откуда взявшийся Стас.

— Да, спасибо, — отзываюсь, все еще под впечатлением.

За широкой спиной телохранителя семеню через толпу. Заглядываю в банкетный зал. Десятки столиков, каждый на шесть персон, частично заняты, ломятся от яств. Официанты величественно прохаживаются с подносами.