Книга Друид. Тайные тропы, страница 50 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Туша уходила в землю как в густое болото. Через минуту на месте, где она лежала, осталась только примятая трава.

Запах гниющей плоти ещё держался в воздухе несколько секунд, а потом ветер унёс и его.

Я повернулся к Игорю.

Левачёв стоял, вжавшись спиной в ствол клёна. Лицо у него было белое как мел. Чёрный диск выпал из его руки и валялся в траве – на этот раз он его даже не заметил. Глаза, ещё минуту назад горевшие фанатичным огнём, сейчас были пустыми и круглыми.

— Это… – он сглотнул, попытался ещё что-то сказать, но не смог. – Это был…

— Это был обычный вечером в моём лесу, – ответил я ровно. – Теперь вы понимаете, почему я не разрешаю чужакам бродить здесь с приборами, которые тянут энергию? Эта тварь шла на энергию от вашего диска. Если бы я не пошёл за вами, то мы, возможно, больше бы не встретились.

Левачёв медленно опустился на колено и поднял диск из травы. Руки у него дрожали.

— Идёмте, – позвал я. – В лагерь. Утром собираете вещи и уезжаете.

— Хорошо, – тихо сказал он. И в этот раз даже не намеревался спорить.

Мы сделали всего пять шагов в сторону опушки.

И тут я почувствовал Мха. Он передал мне образ, в котором показывал пустые палатки студентов.

— Ваши друзья, – остановился я, – влипли. Похоже, не вы одни решили вести свою игру. Потому что они сейчас направились в то место, откуда не возвращаются.

— Куда? Куда они влипли? Барон, что вы… – Игорь совершенно ничего не понимал.

— За мной, – перебил я. – Если поспешим, то у них будет шанс выжить.

Мои земли хранят много тайн, и я сам только начал в них разбираться. Познавать этот лес как свой родной дом. Хотя по сути, он и стал моим домом. Той обителью, из которой уже не хочется уходить.

И вот сейчас я бежал по земле своего “дома”, а Игорь едва успевал за мной. Ветви деревьев и кустарники послушно расступались, а мох загорался ярче, чтобы хоть немного осветить нам дорогу в сплошной тьме.

— Куда?.. Куда мы бежим? – на бегу крикнул аспирант.

— Все вопросы потом, – отрезал я.

Сейчас было не время и не место для объяснений. Потому что я не мог допустить, чтобы на моих землях пролилась человеческая кровь. Хватило мне уже одних оживших и сошедших с ума деревьев.

Я пытаюсь сделать это место безопаснее, привлекательнее для гостей, которые могут поправить здесь своё здоровье. Даже если взбесившиеся деревья получится усмирить, то вот с заголовками в газетах о пропавших студентах уже не будет так просто. И если эта парочка пропадёт в моём лесу, то это будет удар по репутации похлеще наличия Покровской аномалии.

В прошлой жизни я бы выразился иначе. Сказал бы, что это чёрный пиар, от которого не отмыться никакими пресс-релизами. Здесь, в этом мире, газетных передовиц меньше, но цена слова выше. Один длинный материал в петербургских «Ведомостях» о том, что в имении провинциального барона пропадают студенты – и Нефёдов перестанет присылать ко мне пациентов, потому что не захочет рисковать своими связями. И никто его не упрекнёт.

Это ещё не считая Озёрова, который ухватится за такой повод, как голодная щука – за зазевавшегося карася. Графу только повод дай.

Игорь сзади запыхался, отстал, но почти сразу догнал – лес ему явно не благоволил. Но я следил, чтобы ветви не хлестали его по лицу слишком сильно.