Книга Друид. Жизнь взаймы, страница 85 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

А у меня в планах прожить здесь долгую и счастливую жизнь.

Ладно. Хватит считать проблемы. Пора считать шаги, которые я предприму для их решения.

Анализируя все возможные варианты, а всё-таки я бизнесмен, который привык всё считать наперёд, уснул только под утро.

Разбудил меня Степан. Потому что Горенков уже торчал у крыльца с саквояжем, готовый бежать.

— Не серчай, Сева, – он натянул виноватую улыбку. – Я не трус. Просто здесь мне не место.

Видимо, ему стало стыдно за вчерашнее поведение. Поэтому сейчас и пытался оправдаться, хотя я нисколько в последние слова не поверил.

— Подожди с повозкой. Есть разговор, – остановил его я.

— Если снова про управляющего… – помотал он головой.

— Не про управляющего. Пойдём на кухню, завтраком накормлю, поговорим, а потом поедешь.

Была у меня другая идея, как пристроить Мишку и чтобы он при этом мог не оставаться на моих землях.

На кухне уже хозяйничал Степан. На столе дымилась каша, рядом стоял чайник и нарезанный хлеб с маслом. Нехитрый завтрак, но в нашем положении и тому рады.

Елизаветы и Архипа ещё не было, видимо, пока спали.

Горенков при виде еды заметно оживился. Сел и тут же потянулся к хлебу. Ел жадно, но старался этого не показывать. Наверняка именно так он пытался сохранить остатки дворянского достоинства.

Я налил себе чай и подождал, пока он расправится с первой порцией. Степан молча подложил ему добавки и ушёл. Понял без слов, что лучше оставить нас наедине.

— Мишка, – начал я. – Вчера ты видел, что у меня тут творится.

— Видел, – он поставил ложку. – Именно поэтому и ухожу, Сева. Ты не обижайся, но я к такому не готов. Одно дело – на кабана сходить. Совсем другое – вот эта тварь.

— Так я не прошу тебя оставаться в лесу.

— То есть как? – не понял он.

— Мне нужен человек в Волгине.

— Слушаю, – сказал он уже другим тоном.

— Мне в город каждую неделю не наездиться. Лес надолго оставлять нельзя, и вчера ты понял почему. А дела в Волгине у меня будут постоянно. Закупки, переговоры с поставщиками, заказы для санатория. Мне нужен поверенный. Человек, который живёт в городе, знает местных людей и действует от моего имени.

Горенков медленно отставил чашку. На лице проступило выражение, которое я хорошо знал по своей прошлой жизни. Так выглядит человек, которому только что предложили работу после долгих месяцев безнадёжности. Он хочет согласиться, но боится, что предложение окажется шуткой.

— Поверенный, – повторил он, словно пробуя слово на вкус. – Это ведь, считай, представитель?

— Именно. Живёшь в Волгине, снимаешь нормальную комнату за мой счёт. Жалованье – пять рублей в месяц. Расходы на мои поручения будут отдельно, по отчётам. Через неделю мне телефон подключат, так что связь будет постоянная.

Пять рублей – это совсем немного по моим меркам. Но для человека, который продал ружьё, чтобы поесть, это разница между жизнью и медленным угасанием.

Горенков молчал. Но я не торопил. Пусть подумает и всё взвесит.

Налил ему ещё чаю, он машинально взял чашку, но не отпил.

— Знаешь, Сева, – наконец заговорил он. – Когда у отца конюшня была, я ведь все закупки вёл. Сено, овёс, упряжь, подковы – всё через меня шло. С купцами торговался, с кузнецами договаривался. Отец говорил, что у меня язык подвешен лучше, чем у любого приказчика.