Онлайн книга «Заступник. Проклятье Дайкоку»
|
Местные кланы якудзы падали один за другим. И либо бежали на север, оставляя свои дома и территории, либо прекращали свое существование, как структура. — Когда я говорю, что эти люди бежали, это не значит, что на нашей земле творилось то, что было во время второй мировой войны. Нет. Гражданские жили мирной жизнью, для них ничего не изменилось. Беда постигла только тех, кто состоял в якудзе. Их дома горели пуще сигнальных костров. Семьи погибали в ночи одна за другой. А все дело в том, что разрозненность между кланами достигла такого уровня, что доверять нельзя было даже ближнему соседу. Наш оябун покивал головой. — Это правда. Я тогда сам еще лейтенантом был. Старшим, правда, — сказал он, предаваясь ностальгии, но это не отменяет того факта, что я являюсь частью этой истории. Как и ты, Юкио-сама. Сейчас они мне оба напоминали глубоких стариков, что зацепились за воспоминания о своей молодости. Не хватало камина, в котором бы трещали дрова, кота на коленях, горячего глинтвейна на столе и шерстяных мягких тапочек. — И сейчас нам самое время снять клинки с гвоздей на стене и снова объединиться. — Верно, Акайо-сама. Оба лейтенанта молчали. Да и мне тоже нечего было сказать. Мало того, что я лишь познавал историю местного края со слов оябунов, так еще и сам не помнил ни единого отрывка из этих событий. Либо предыдущий владелец не особо увлекался историей, либо ему было настолько мало лет, что он этого не застал. Хотя не имею представления, как можно было не заметить горящих кварталов, где находились якудза, периодические перестрелки, резню на клинках и огромное количество машин скорой помощи, что ежедневно и даже ежечасно носились по улицам города. Дальше Юкио-сама коротко рассказал, что Изгнанники добрались и до Кобе. Вся южная часть Японии была под ними. Кобе стал последним рубежом перед Киото Осакой. Здесь их встретили с особым ожесточением. К моменту, когда бригады Изгнанников подошли к черте города, большинство кланов уже успело договориться о временном перемирии, отложили все вопросы в сторону и направили силы сюда. На этом моменте Юкио-сама прямо сделал акцент, что несмотря на то, что случались перестрелки, все битвы проходили на клинках и по принципу самурайской чести. Побеждали те, кто лучше умел сражаться и доверять ближнему своему. Почему-то в этот момент он взглянут на Нагакату, блеснув глазами, но эта эмоция прошла мимо моего понимания. — Казалось бы, их способность держать оружие должна была быть хуже, чем у всех наших людей. Вы же все знаете почему изгнанникам отрезали мизинцы? — задал он вопрос в комнату. Никто не ответил, потому что вопрос был риторическим. Скорее задан для того, чтобы выдержать паузу. — Чтобы каждый самурай, что опозорил себя или своего старшего не смог больше полагаться на свои силы и был зависим от побратимов. И в этом, как оказалось, крылась большая сила… Фукуока, Хиросима, Окаяма пали одна за другой, как домино. Он рассказал, что каждый Изгнанник сражался, словно в последний раз. Их рвению, решительности и самоотдаче мог позавидовать любой современный якудза. Рассказал, что чем ближе вспыхивали бои к Кобе, то тем чаще они слышали про предводителя Изгнанников. Мужчину с маской Они. Красный рогатый демон с клыками во рту, что торчали наружу. |