Книга Бывает и хуже? Том 2, страница 19 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

По бокам от него стояли двое других. Один худой и высокий, другой приземистый, с массивной челюстью.

Увидев нас, главарь усмехнулся.

— Пришёл, — констатировал он, обращаясь к Грише. — Я думал, зассышь. Молодец, что не обделался.

Двое других тут же засмеялись, хотя я не особо уловил в его словах шутку.

— Добрый вечер, — громко поздоровался я. — Я друг Григория, Александр. Давайте разберёмся в ситуации мирным путём.

Тот уставился на меня, словно впервые заметил.

— Каким ещё мирным путём? — протянул он. — Я пришёл, чтобы показать твоему другу, где его место. И что бывает, когда лезешь не в своё дело.

— Как к вам обращаться? — вежливо спросил я.

— Чердак, — важно ответил главарь. — Я тут главный вообще-то.

Чердак-то у него, похоже, не в порядке. Нет, говорить это на стрелке не стоит.

— Итак, Чердак, — я постарался произнести эту кличку с максимально серьёзным лицом. — Григорий никуда не лез. Он просто поговорил с девушкой. Конфликта он не искал.

Чердак резко сделал шаг вперёд.

— Настя — моя, — заявил он. — Я давно её заприметил. А тут какой-то хлюпик нарисовался и начал вокруг неё крутиться. Думаешь, я это так оставлю? Да ни в жизнь!

А сама Настя-то в курсе, интересно, что она принадлежит Чердаку? Сдаётся мне — вряд ли.

— Послушай, если Настя твоя девушка, то зачем ей вообще было разговаривать с Григорием? — спросил я. — Может, тебе стоило сначала с ней обсудить статус ваших отношений?

Лицо Чердака резко потемнело.

— Ты чё тут, умный? — рявкнул он. — Хочешь мне мозги запудрить?

Были бы мозги ещё.

— Я просто пытаюсь разобраться, — ответил я.

— Слышь, колобок, не лезь, — буркнул Чердак. — Я тут хозяин. И сам решу, когда и с кем этот… статус подтверждать.

Я вздохнул. Кажется, словами решить ничего не выйдет. Итак, их трое, нас двое. Причём Гриша не боец, он вообще весь разговор старался позади меня стоять. А я… В этом теле — тоже не боец. Мне бы прошлую форму и силы!

Физическая форма потихоньку возвращается после недели тренировок и нормального питания, но до боевой готовности ещё далеко. В прямом столкновении мы проиграем за секунды.

Нужно что-то другое. Надо переломить ситуацию.

— Тогда так, — громко сказал я. — Давай один на один. Я и ты. Если победишь — вообще нас в своём городе не увидишь. А если проиграешь — то оставляешь в покое и нас, и Настю.

Чердак громко расхохотался. Спустя секунду его друзья тоже рассмеялись.

— Ты чего творишь? — шепнул мне Гриша.

— Да хрен знает, — ответил я. — Импровизирую.

— А ты драться умеешь? — отсмеявшись, спросил Чердак.

— Ну вот и узнаешь, — ответил я. — Или ссышь?

Он резко перестал веселиться, его лицо снова потемнело от гнева. Хорошо, что я успел с местными выражениями ознакомиться, это его очень задело.

— Я не ссыкун, — он снял куртку, демонстративно бросил её на землю. Под ней оказалась чёрная футболка, обтягивающая его мышцы на руках. — Я тебя размажу, ублюдок!

А он явно следит за своей физической формой.

Я тоже снял куртку, остался в свитере. А холодно, вообще-то. Но куртку могу порвать, жалко.

Мы встали друг напротив друга. Гриша и двое подельников главаря отступили назад.

— Начнём, — усмехнулся Чердак. — Сильно не вопи.

Он быстро сделал прямой выпад левой мне в голову. Я увернулся каким-то чудом. Резвый он.