Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 46 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Отлично, давайте на Агапова спустим всех собак. Ему же не привыкать.

— Тамара Павловна, сейчас пациентка психанула из-за ваших слов, а не из-за моих, — усмехнулся я. — Я действовал по протоколу, говорил мягко и чётко. Тут проблема не во мне.

— Но она сейчас пожалуется ещё выше и придётся разбираться, — недовольно заявила Лаврова.

Всем своим видом она пыталась показать, что это я во всём виноват. Нет, не выйдет.

— Разберётесь, вы же заведующая, — пожал я плечами. — А мне пора дальше на приём. Если надо — потом напишу письменную объяснительную, как всё было.

Лаврова бросила на меня очередной гневный взгляд, и я вышел из её кабинета. Вернулся к себе, коротко рассказал Лене последние новости.

— Ну и жесть, — протянула она. — Столько проблем из-за одной пациентки!

— Да, и такое бывает, — кивнул я.

Мы закончили приём, больше никаких интересных случаев не было. После я понёс сделанные за ночь инвалидности Савчук. И возле её кабинета снова наткнулся на Еву.

Да что ж за день-то такой, слишком много Ев, слишком много Ев!

— Александр Александрович, — обратилась та ко мне. — Я тут сидела к заместителю главврача, чтобы пожаловаться… И вдруг поняла, что творю какую-то ерунду. Не знаю, с чего я вообще так распсиховалась. Наверное, вы правы, нервы на пределе из-за Коки и из-за разрыва… Вы меня простите, пожалуйста.

Ну ни хрена ж себе. Моя прана, которой я воздействовал ещё в кабинете Лавровой, дала куда больший результат, чем я ожидал. Я смог успокоить Еву. Вообще-то для этого первого уровня маловато.

Всё-таки я был прав, в этом мире прана работает по каким-то другим правилам. И мало привязана к пяти уровням, как в моём мире.

В любом случае я даже не все запасы потратил, но уравновесил пациентку.

— Ничего, я всё понимаю, — кивнул я. — Принимаю ваши извинения. И всё-таки советую прислушаться к моим рекомендациям.

— Да, я найду психолога, — кивнула Ева. — Спасибо вам огромное. Я сейчас ещё схожу к вашей заведующей, скажу, что к вам нет претензий.

Лаврова свою кружку из-под кофе съест от злости, когда Штайнова такое скажет.

— Спасибо, — улыбнулся я. — Всего доброго.

Ева ушла, так, видимо, и не заглянув к Савчук. Я посмотрел по сторонам, убедился, что в коридоре, кроме меня, никого нет, и исполнил победный танец Гриши. Прана творит чудеса!

Отнёс Савчук инвалидности, та снова напомнила про поход в театр. Затем вернулся в кабинет.

Позанимался бумажной работой и отправился на вызовы. После них в коридоре меня поймал Шарфиков.

— Ну что, доволен? — пробубнил он.

Да что же эта чета Шарфиковых до меня так дое… прицепилась сегодня⁈

— Чем доволен? — вздохнул я. — Своей жизнью? Более чем. Я счастлив, здоров, занимаюсь любимой работой.

— Не издевайся! — воскликнул Стас. — Кристина же рассказала тебе, что со мной сделали из-за той жалобы!

— А я тут при чём? — вздохнул я. — Стас, ты сам не осмотрел беременную пациентку. Радуйся, что с ней и с ребёнком всё в итоге хорошо, и спокойно отрабатывай своё наказание.

Шарфиков покраснел от злости.

— Ты… Ты… — начал он. — Не знаю, что с тобой стало, но ты так изменился!

Ух, аж до мурашек такое признание от Стаса. Сарказм, конечно.

— Это всё? — приподнял я бровь.

— Нет, — резко сказал он. — Я не буду вместе с тобой поздравлять женщин! Предлагаю каждому поздравить отдельно. А то чего это я вообще решил тебя слушаться! Я устрою для них тусу, как и собирался. И тебя не приглашу!