Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 57 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Так что справлюсь сам. Тем более что у меня уже накопилась прана, после воздействия на жену главврача.

Так что первым делом я направил свою магию в сердце Лалаевой с задачей обеспечить стабильную работу и стабилизировать ритм. Конечно, пока что праны не хватит, чтобы полностью вылечить Лалаеву, но состояние ей я облегчу.

Так, а теперь по стандартному протоколу.

— У вас замедленный ритм и нарушение проводимости в сердце, — объяснил я Ларисе Ларионовне. — Всё это тоже из-за дигоксина. Госпитализация не требуется, будем лечить амбулаторно.

— Я всё сделаю! — с готовностью заявила она.

Я начал прописывать лечение, одновременно озвучивая его вслух.

— Ещё раз повторю, первый пункт — отменить Дигоксин, — заявил я. — Второе: для ускорения вывода лекарственного препарата вам нужно пить много жидкости. Не меньше двух литров в день. И третье: принимать калий. Дигоксин снизил уровень калия в крови, из-за этого и ритм нарушился. Так что пропьёте Панангин, по одной таблетке три раза в день, курс две недели.

Я протянул ей лист бумаги, где прописал всё, что сказал вслух.

— Следите за пульсом, ниже пятидесяти чтоб не падал, — добавил я. — И если новые симптомы появятся — тут уже вызывайте скорую. Да, и через три дня ко мне повторно — снова ЭКГ сделаем. Жёлтое зрение к этому моменту уже пройдёт.

Хотя ей вряд ли станет хуже, всё-таки я и магией поработал.

— Вот это да! — протянула Лалаева. — Пришла с жёлтым зрением, а оказалось — сердце. Интересно у нас всё-таки всё устроено.

Это точно.

— Вопросы есть? — спросил я.

— Нет, — улыбнулась Лалаева. — Всё поняла. Знаете, вот даже от разговора с вами словно легче стало.

Хорошо, что в этом мире широко распространена в обиходе фраза «с хорошим врачом и разговор лечит». Могу оправдать любые воздействия своей праной.

— Тогда увидимся через несколько дней, — кивнул я.

Лариса Ларионовна вышла, и я тщательно заполнил осмотр в карте. Жёлтое зрение, чего только не бывает!

А ведь подобное случалось и в моём мире, дигоксин там тоже был. Только лечить это состояние было просто, надо всего лишь ускорить выведение препарата, и всё. Второго уровня для этого было уже достаточно.

Приём закончился к шести вечера. Я устало откинулся на стуле и размял шею. Плотно сегодня люди шли, вообще без перерыва.

— Саш, тут новости появились, — сообщила мне Лена. — Хочешь послушать?

— Конечно, — отозвался я. — Рассказывай.

Она открыла какой-то новостной канал в телефоне и принялась читать.

— «Бывший главный врач Аткарской районной больницы Власов Сергей Михайлович обвиняется по трём статьям. Часть 4 статьи 159 УК РФ — мошенничество в особо крупном размере, часть 3 статьи 160 УК РФ — присвоение или растрата, часть 2 статьи 285 УК РФ — злоупотребление должностными полномочиями».

Лена сделала паузу.

— «Власову грозит до пятнадцати лет лишения свободы, — продолжила она. — Сейчас он находится в СИЗО Саратова. Адвокат предпринял попытку добиться домашнего ареста, но предложение было отклонено».

Хрен ему, а не домашний арест. Правильно.

— «Были допрошены другие свидетели, — прочитала дальше Лена. — Главный бухгалтер Людмила Ивановна Кравченко была допрошена следователями и отпущена. Она доказала свою непричастность к махинациям. По её словам, она подписывала документы по приказу Власова и не знала о нарушениях. Кравченко уволилась из больницы по собственному желанию».