Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 7 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Это было удивительно. Я ни разу не подумал, что баба Дуня меня боится.

— И Егор Петрович посоветовал меня не обучать? — спросил я, вспомнив подслушанный разговор бабы Дуни и мужчины в тулупе.

— Да, он сказал подальше от тебя держаться, — честно ответила та. — А я не хотела. Боялась, но чувствовала, что надо обучать тебя. А потом внучка, спустя столько времени, ко мне заявилась, и я всё поняла.

Я попытался собрать все кусочки воедино.

— Вы только что сказали, что не верите в её учение о пране, — напомнил я.

— Так и не верю, — пожала старуха плечами. — Зато я поняла, что то, что она называет другой жизненной энергией — это магия. И всё сразу встало на свои места, я поняла, что чувствовала в тебе. И поняла, что для этого тебе и нужно травничество.

Я немного помолчал, сделал пару глотков настоя. Теперь мне надо было рассказать про себя часть правды, утаив перерождение. Сложно, но необходимо.

— Я с детства чувствовал эту энергию, но не знал, что это, — начал я. — Потом как-то разбил коленку, и она зажила сама. И я понял, что чем-то отличаюсь от остальных. Попытался поговорить с родителями, но они мне не поверили. Поискал информацию об этом — и ничего не нашёл. И понял, что лучше хранить это в тайне.

Баба Дуня слушала меня с интересом, не перебивала. По-моему, легенда звучала вполне правдоподобно, именно так бы всё и происходило в этом мире.

— А что ты умеешь? — спросила она, когда я замолчал.

— Я могу незначительно воздействовать на человека, например, облегчить боль, — сказал я. — Могу как будто бы почувствовать, с каким именно органом что-то не в порядке. Но сила моя слаба. И начав работать врачом, я подумал, что могу стать сильнее. Как-то раз я заметил, что сила внутри, которая концентрируется где-то в груди, словно растёт от фикуса, стоящего на окне.

— И ты решил заняться травничеством, — кивнула баба Дуня. — Умно. А потом судьба свела тебя со мной.

Это было абсолютно случайно, но мне и самому казалось, что нас свела судьба. Именно в тот день баба Дуня впервые решила вызвать врача, а никто не захотел сюда ехать. И к ней поехал я.

— Ты считаешь, что можешь лучше овладеть своей силой? — спросила баба Дуня.

Я кивнул.

— И ты считаешь, что в этом поможет травничество? — снова спросила она.

Я снова кивнул. Да, это знал из прошлого мира. Алхимия способствует прокачке магического центра.

Сейчас я был на первом уровне. Хотя в этом мире магия работала и не совсем так, как у меня. Например, сильную эмоцию я почувствовал всего раз, хотя свои способности не блокировал. Может, всё ещё недостаточно сил, чтобы чувствовать других людей?

Зато пару раз мне удалось сделать то, что свойственно более высоким уровням магической силы. На стрелке с Чердаком я вызвал кратковременный сосудистый спазм, тем самым одержав победу в итоге. И второй раз я помог Кораблёву с инфарктом. Тогда я вызвал перегрузку своего магического центра и не мог вообще пользоваться праной. Пока Варя, внучка бабы Дуни, не напоила меня отваром.

Вторую порцию которого, кстати, я пью до сих пор. Но прану это больше не увеличивает, лишь поддерживает меня в тонусе.

— Тебе надо держать в тайне этот секрет, — тем временем серьёзно сказала баба Дуня. — Люди меня-то ведьмой считают, а тебя так вообще сторониться начнут.