Книга Бывает и хуже? Том 6, страница 17 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Я мгновенно поднялся, быстрым шагом подошёл ближе, чтобы рассмотреть укус. На боковой поверхности шеи краснело место укуса, а в центре его торчало тонкое жало.

— Пчела, — констатировал я, внимательно осмотрев рану. — Нужно вытащить жало.

По наличию жала легко можно определить, оса или пчела укусила человека. Осы не оставляют жало, а здесь оно было.

Аккуратно подцепил его ногтями, извлёк и отбросил в сторону.

— Ну вот и всё, сейчас пройдёт, — мягко сказал Лёша Кате.

Девушка кивнула, но я заметил, как она побледнела, а дыхание её стало прерывистым. Она прижала руку к груди, явно ощущая дискомфорт.

— Катя, ты как себя чувствуешь? — быстро спросила подошедшая Юля.

— Нормально вроде, — отозвалась Катя. — Просто… немного кружится голова. И как-то странно.

С ней явно что-то ненормально.

— Катя, у тебя когда-нибудь была аллергия на укусы насекомых? — быстро уточнил я.

— Не знаю, — неуверенно ответила она. — Меня никогда раньше не кусали. По крайней мере, не помню такого.

Я посмотрел на её шею. На месте укуса уже образовался отёк, и он увеличивался с каждой секундой. Проверил праной.

Анафилактический шок. Классическая картина.

— Лёша, посади её на стул, быстро, — скомандовал я. — Сейчас же.

Перепуганный Лёша кивнул и подхватил девушку под руки. У той губы уже начали синеть. Надо действовать быстро.

Так, я брал с собой аптечку, которую всегда таскаю на вызовы. Адреналина там нет, кортикостероидов тоже. Но есть супрастин в ампулах. Хоть что-то.

— Помочь? — спросила у меня Юля. — У тебя адреналин есть?

— Только супрастин, — признался я. — Я сам.

Юля тоже была врачом, но она явно не брала с собой никаких лекарств. Кто ж знал, что так будет.

Я вернулся к Кате и аккуратно ввёл антигистаминный препарат в дельтовидную мышцу плеча.

— Готово, — мягко сообщил я. — Сейчас начнёт действовать, потерпи немного.

Не начнёт. Супрастин проявит свой эффект только минут через десять. А отёк нарастает с огромной скоростью. Ждать десять минут — непозволительная роскошь.

Поэтому я активировал прану. Направил её в тело Кати, останавливая каскад реакций в её организме. Энергии потребовалось много, и я очень порадовался, что запасы мои стали куда более внушительными. И на тех громил хватило, и на Катю.

Убрать отёк, расправить бронхи, снять воспаление… Я потратил почти всё, что у меня было.

Зато Катя задышала нормально, к губам вернулся розовый оттенок, лицо приобрело здоровый цвет. Опасность миновала.

— Как себя чувствуешь? — спросил я у Кати.

— Хорошо, — выдохнула она. — Мне стало гораздо легче. Это твой укол помог?

— Да, — выдохнул я. — Это всё он.

Лёша крепко обнял девушку, прижал к себе.

— Ты меня так напугала! — сказал он. — Я не знал, что делать.

Юля тоже подошла к нам.

— Саш, ты как это сделал? — изумилась она. — Буквально минута прошла, может, две, а ей уже намного лучше. Антигистаминные препараты действуют гораздо дольше.

Остальных обмануть легче, но Юля тоже терапевт. С ней сложнее. Однако выбора у меня не было. Я пожал плечами, сохраняя спокойное выражение лица.

— Супрастин иногда действует очень быстро, если ввести его вовремя, — на ходу придумал я. — Мне просто повезло, что я успел ввести его на самой ранней стадии развития шока. Буквально секунды решали. Ты же знаешь, как это бывает.