Книга Бывает и хуже? Том 6, страница 35 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Жидков подошёл ещё ближе, наклонился, рассматривая сыпь на лице пациента. Потом попросил его закатать рукава, осмотрел руки, шею. Я тоже приблизился, внимательно изучая характер высыпаний.

Уже чётко знал, что это не корь, благодаря пране. Но озвучивать диагноз без внешнего осмотра было бы странно.

Сыпь была мелкопятнистая, красная, местами сливающаяся, покрывала лицо, шею, руки. Но она была не коревая.

При кори сыпь обычно начинается с лица и распространяется вниз поэтапно. Появляются характерные пятна Бельского-Филатова-Коплика на слизистой щёк. А здесь сыпь была однородная, без этапности, и слизистая рта, которую Жидков попросил показать, была чистой, без характерных белесоватых пятен.

Жидков выпрямился, скрестил руки на груди. Потом повернулся к Шарфикову, и я увидел, как его лицо медленно наливается краской гнева.

Вот и инфекционист поставил диагноз. Ложная тревога.

— Станислав Олегович, — произнёс он ледяным тоном, — а вы вообще осматривали пациента, прежде чем бежать с криком «корь»? Или просто увидели красное лицо и решили, что этого достаточно для диагноза? Я понимаю, что Александр Александрович сказал вам про перестраховку и про настороженность. Но не до такой же степени!

Шарфиков побледнел, открыл рот, чтобы что-то сказать, но Жидков его перебил.

— Это не корь, — отчеканил инфекционист. — Даже не близко. И не краснуха, с которой корь так легко спутать. У пациента нет температуры, нет катаральных явлений в анамнезе, нет характерной этапности высыпаний, нет пятен Бельского-Филатова-Коплика на слизистой щёк. Сыпь не пятнисто-папулёзная, а мелкопятнистая, эритематозная. Зато есть выраженный зуд, отёк лица, слезотечение, заложенность носа. Это классическая аллергическая реакция. Никакого отношения к кори это состояние не имеет.

Всё так. Я повернулся к пациенту.

— Вы вчера ели что-то новое? — спросил я. — Или принимали новые лекарства?

Парень задумался и почесал руку.

— Ну, я вчера вечером морепродукты ел, — неуверенно произнёс он. — Креветки, мидии. Первый раз, до этого никогда не пробовал. Друзья угостили. А утром проснулся и всё чесаться начало.

Жидков кивнул, получив подтверждение своим словам.

— Вот и ответ, — сказал он. — Аллергическая реакция на морепродукты. Довольно частая история, особенно при первом употреблении. Организм воспринял белок креветок и мидий как чужеродный, выработал гистамин, отсюда и сыпь, и отёк, и зуд.

Прана мне показала это с самого начала. Я даже направил уже часть праны в пациента, снижая уровень гистамина. Облегчу ему состояние, а остальное сделают препараты. Ничего серьёзного.

— Нужно принимать антигистаминный препарат, — известил парня я. — Сыпь и зуд пройдут в течение суток. И больше морепродукты не ешьте, у вас на них аллергия. В следующий раз может быть ещё хуже, вплоть до анафилактического шока.

Я быстро взял у Шарфикова лист бумаги и расписал рекомендации. В совокупности с моей праной у парня всё пройдёт ну очень быстро.

Он благодарно закивал.

— Спасибо, доктор, — облегчённо выдохнул он. — А я уже испугался, думал, чем-то серьёзным заболел.

— Ничего серьёзного, — успокоил его Жидков. — Обычная аллергия.

Инфекционист резко повернулся к Стасу.

— Станислав Олегович, — отчеканил он. — Выйдете со мной в коридор. Немедленно.